— Знакомься, это Катерина. Была у меня лаборанткой, а будет у тебя медсестрой. Врач без медсестры это все равно как…
— Катя, — пристально вглядываясь в смуглые черты лица молодого доктора, протянула руку девушка.
— Моисей Самуилович.
Девушка непроизвольно хихикнула — подобное имя было редким в этих местах, и звучало несколько непривычно.
— Ой, извините.
— Пустяки, привыкните. Вы-то сами не против?
— Чего?
— Ну, работать в моем отделении? У нас ведь тут, знаете, не мед.
— А где здесь мед? Вы человек новый, видать, порядочный, чего ж не помочь-то…
Провинциальная простота, искренность, неподкупность — вот что всегда удивляло Мойшу в таких людях. В Москве, откуда он приехал, давно такого не встретишь — да и вообще случалось ли когда там такое? Откуда она, которая видит его в первый раз, знает, что он порядочный? Ведь внешность обманчива- иногда под личиной порядочности такое скрывается, что ни в сказке сказать, ни пером описать. А она вот так вот — раз! — и карты на стол. Такое отношение обезоруживает. Мойша покраснел и уткнулся взглядом в стол. Виктор расхохотался, видя такую реакцию коллеги, Катя немного смутилась. Решили отметить приезд молодого специалиста — пока Мойша с Катей будут тут прибираться, он, Виктор, слетает в ближайший гастроном.
— …Слушай, а это правда или мне показалось, что главврач сегодня был малость… того?
— Не показалось и не малость, а очень даже путем. И не один главврач. — Катя с укоризной посмотрела на Виктора и наступила ему на ногу под столом. Он отмахнулся: — Да ладно, все свои люди. Понедельник же, все опохмеляются. Больница не исключение. Да ты не морщись так, кругом ведь жизнь. Думаешь, в мэриях аль в судах лучше? Везде все одинаково. Просто ты вот увидел, другой увидел, — а все почему? Потому что больница, и прийти сюда может любой желающий в любое время. А в иную госструктуру просто так и не зайдешь, потому и информации нет. Да ты не волнуйся, в основном народ у нас хороший, тебе понравится. А завтра все протрезвятся…
— Ой, а можно я анекдот расскажу? — святая простота Кати, уже изрядно захмелевшей и уставшей после рабочего дня уже умилила пуще любого анекдота. — Мужик пьяный в троллейбус заходит. А женщина на него кричать начинает: «Мужчина, Вы пьяный, Вы пьяный, выйдите немедленно!» А он ей так, потихоньку, вполголоса, отвечает: «А у тебя ноги кривые». Она — еще пуще в крик: «Да как Вам не стыдно, Вы пьяный, вон отсюда!» А он опять: «А у тебя ноги кривые». Она ему: «Да ты ж алкаш! Как тебя земля носит?!» Он ей все так же, еле слышно, отвечает: «Я завтра буду трезвый».
Когда она смеялась своему бородатому анекдоту, то была еще красивее — подумал Мойша. Или так подумал бродивший внутри него алкоголь. Что значило — пора завязывать, слишком много впечатлений на один день.
Меж тем задумка мэра удалась на славу. Доходы бюджета за неделю выросли в разы, докладывало финуправление на очередной пятничной сходке. Доволен был городской голова, и потому решил лично проинспектировать доходное место.
На машине с мигалкой, при полном параде, прибыл он к большому зданию в самом центре Озерска. Это был старый купеческий дом — в начале XIX века построила его семья местных золотопромышленников. В три этажа, выше всех тогда стоявших городских построек, он производил впечатление на горожан и гостей города как красотою отделки снаружи и изнутри, так и масштабами своими — все в нем выдавало традиции классической русской архитектуры, которая не могла не бросаться в глаза. Даже сейчас умилился видавший виды мэр тому, как органично и красиво смотрится здание на фоне остальных городских построек, казавшихся ему теперь — как и всегда, впрочем — не более, чем сараями.
— Даа… — протянул он, окидывая взглядом красоту. В этот миг ему подумалось, что строили купцы такие хоромы для людей, чтобы им жизнь упростить да счастливой сделать, и, наверное, сейчас порадовались бы за его судьбу. Не то, что в двадцатых годах — когда революция превратила такую красоту сначала в чайную, а потом в ГубЧК, а после тридцатых — стыдно сказать — в правление колхоза! С тех пор, как колхозы в стране приказали долго жить и пустовал купеческий дом, но Николай Иваныч всегда знал, что найдется-таки ему достойное применение — и не ошибся.
Красивая вывеска с золотыми буквами на красном фоне гласила: «Дом досуга жителей г. Озерска».
— Во, — похвалил мэр словно бы сам себя, читая название. — Так не стыдно и губернатора на экскурсию привести, и каких столичных даже гостей, если случай будет.
Внутри к приезду все было подготовлено — директриса борделя Мария Степановна Белозерова, бывший главный бухгалтер городской администрации, хоть и пожилая, но видная женщина, знавшая толк в досуге разного рода, лично приветствовала дорогого гостя.
— Дорогой Николай Иваныч…
— Привет, привет. Ну, как дела?
— Ну так Вам лучше знать. Отчет о прибылях и убытках каждый день сдаем в администрацию.
— Убытках?
— Ну убытков, слава Богу, нет. Стараемся, трудимся.
— Это хорошо. Как кадры?
— Работают.
— Что, все? Свободные-то есть?
— Для Вас найдем лучшего специалиста. Прошу…