Лето 1986 года. Группа студентов-историков отправляется на археологическую практику в сельскую глушь.Студенты беспечно наслаждаются летними днями, не подозревая, какое древнее зло скрывает Волчья сопка. Легенда о местных монстрах становится реальностью. Правдиво ли жуткое предание?Мистический хоррор с нотками ностальгии для полюбивших культовый роман «Пищеблок» Алексея Иванова. Будьте готовы к тому, что ваши страхи оживут.
© Алёшина К.В., текст, 2024
© Оформление ООО «Издательство АСТ», 2025
Поезд мчался сквозь ночь, мерно стуча колёсами. В плацкартном вагоне шумели студенты. Наталья Борисовна, научный руководитель археологической практики, в очередной раз поднялась, чтобы шикнуть на ребят.
– Вы здесь не одни. Прекратите возню и ложитесь спать, – строго сказала она.
На пару минут воцарилась тишина, а после снова зашелестели разговоры, потом послышался смех. Конечно, это Аллочка, самая шумная из её студентов. Она красила волосы в рыжий цвет, подражая Пугачёвой, и всегда была заводилой среди девочек курса. В этой группе из восьми практикантов девушек было две. Вера, хоть и дружила с Аллой, казалась совершенно другой: спокойной и рассудительной.
Наталья Борисовна шикнула ещё раз, и смех рыжей Аллы оборвался, но шёпот детских голосов ещё долго звучал в вагоне, сливаясь с характерным гулом поезда. В конце концов, Наталья Борисовна задремала.
Вера сидела у окна, подобрав ноги и обняв колени. Сбоку к ней прижималась Алла, а на краю нижней полки сидел Виталя Рыбаков. Напротив расположились четверо парней: Саша Литвинов, Артём Коновалов, Лёва Ситченков и Коля Зубарев. Игорь Белуда лежал на верхней полке и делал вид, что спит. На всех были старые шмотки, которые не жалко убить на раскопе. И только Алла выделялась модными джинсами и огненной гривой волос.
Парни вернулись со своих мест, как только уснула Наталья Борисовна. Они не хотели спать, предвкушая первую настоящую археологическую практику. Хотя Артём и Лёва и без того всегда рады любой тусовке. Вот и сейчас Артём выдавал свои фирменные шутки, а Лёва сводил любую тему к пошлостям, несмотря на присутствие дам.
Через откидной столик Вера смотрела на парней. Из всей четвёрки выделялся Саша: широкими, атлетичными плечами и добрым лицом. Его светлые волосы то и дело падали на глаза, от чего он казался Вере особенно красивым.
– Ну всё! Давайте спать, – послышалось с верхней полки. – Нам, между прочим, завтра копать.
– Зануда, – протянула Алла.
Игорь свесился с койки и зло посмотрел на неё. Артём прыснул. А Лёва ехидно прошептал:
– Деточка не выспится.
Игоря, конечно, никто не послушал. И весёлый шёпот продолжался ещё какое-то время.
У Веры уже слипались глаза. Как назло, она заняла нижнюю полку, на которой сейчас сидели ребята. А можно было бы залезть наверх и лечь.
– Ну, правда, нам выходить в пять утра. – Вера посмотрела на часы.
В полумраке на крошечном бордовом циферблате сложно было разобрать, на какую золотистую точку указывает стрелка.
– Сейчас бы чего горячительного, – мечтательно произнёс Лёва. – И ты, Верочка, не захотела бы спать.
Вере не нравилось, когда её называют «Верочка», но она промолчала, только нахмурилась.
– У раскопа вроде деревня есть в километрах трёх, – сказал Виталя, до того молчавший.
– Вот. Наведаемся, – мечтательно протянул Лёва.
– Старшаки говорили: дед один из яблок сидр гонит, – со знанием дела сказал Коля Зубарев. Его старший брат уже заканчивал истфак.
– Зубр, твой братан на другой раскоп ездил. Этот только открыли, – уверенно подметил Виталя.
Саша дёрнулся, будто собираясь встать. Артём придержал его за плечо и заговорщически произнёс:
– Расскажу страшилку, и все пойдём спать.
Вера закатила глаза:
– Наслушались уже.
– Давай, – перебила Алла слишком громко. Все глянули в сторону Натальи Борисовны. А Коля даже привстал, так как соседний блок плацкартных коек с его места было не видно.
Но в вагоне царила тишина, только свистящий храп доносился откуда-то с хвоста.
– Итак, – начал зловещим шёпотом Артём. – Страшилка как раз про археологов.
– Не может быть, – с сарказмом прокомментировал Саша.
– Короче, едет археолог домой с раскопа. А с ним на соседней полке местный житель. А раскапывали археологи древнее кладбище, – делая страшное лицо, говорит Артём.
– Это какой местный житель? Покойник, что ли? – перебил Саша.
Алла засмеялась.
– Да не, с раскопом рядом деревня была. Деревенский, короче, – улыбаясь, пояснил Артём.
Все слушали. Казалось, даже Игорь не спит, а прислушивается к разговору.
– В общем, едут мужики в поезде, познакомились, – продолжил Артём. – Тут деревенский спрашивает: «Ну как там ваша девчонка? Дошла?» Нормально, мол, всё? Археолог недоумевает: «Какая девчонка?» «Ну из ваших», – удивляется деревенский. Археолог молчит. А деревенский дальше объясняет: «Так, мол, и так. Вижу девчонка идёт по дороге, незнакомая, такую у нас не видел. Я ей: «Ты оттуда?» – на лагерь ваш показываю. Она кивает. Дай, думаю, провожу. А она красивая, как с картины, только странная немного. До деревни довёл и спрашиваю: «Тебе куда? В сельпо?» А она: «Нет, мол, погулять, посмотреть». Так до ночи и гуляли, в клуб наш ходили, кино там, мороженое. А потом она говорит: «Мне обратно пора». Я ей: «Ну провожу до лагеря археологов». Ночь же уже. Она мне: «Не надо». Я всё равно с ней пошёл. Как же ночью одной по полям да через лес?»
