Я не ответила, а просто ткнула пальцем в землю. И тут он расплылся в улыбке, такой широкой, что, казалось, она охватила все его лицо.
– Ты умница, – сказал он, а затем шагнул вперед и обнял меня.
Я уткнулась лбом в его плечо. Мне не хотелось, чтобы он заметил, что я плакала. К тому же я с трудом могла вспомнить, из-за чего я так расстроилась. Затем гораздо более громким голосом он сказал:
– Прошу внимания. Пегги, моя жена, нашла кое-что, что, уверен, всех заинтересует.
По площадке пробежал ропот. Все напряглись, глядя на ладью. Мы подошли к лестнице. Я поднялась первой. Миссис Претти и ее сын ждали наверху.
– Что такое? – закричал Роберт. – Что вы нашли?
– Похоже, это украшение, – сказала я ему.
– Золото?
– О, это точно золото, – сказал Стюарт, подходя сзади. – Золото с изысканной перегородчатой росписью.
Вряд ли для Роберта это представляло большую ценность, но энтузиазма у него не убавилось. Пока я передавала пирамидку миссис Претти, он все время подпрыгивал рядом:
– Можно посмотреть, мама? Пожалуйста, можно посмотреть?
Вместо того чтобы передать пирамидку ему, миссис Претти держала ее между большим и указательным пальцами. Он приблизил к ней свое лицо, наморщил лоб и прищурился, рассматривая ее под разными углами. После этого она дала посмотреть остальным – они тоже собрались вокруг и проявляли живой интерес.
– Это вы нашли, миссис Пигготт? – спросила миссис Претти.
– Да, – сказала я. – Вроде бы… То есть да, это я нашла.
При этом она схватила меня за руку, гораздо сильнее и теплее, чем я ожидала.
– Молодец, моя дорогая. Примите мои поздравления. Какое удивительное открытие!
Мне хотелось сказать, что пирамидка просто лежала на земле и что все, что от меня требовалось, – это наклониться и поднять ее. Но я ничего не сказала. Какой бы незаслуженной ни была эта похвала, я не хотела, чтобы она заканчивалась. В горле у меня пересохло. Я все надеялась, что дворецкий миссис Претти снова появится с ячменной водой, но он так и не пришел. Пока мы стояли в оцепенении, подошел мистер Браун и спросил, не могу ли я рассказать, где нашла пирамидку.
– Конечно, могу показать, если хотите, – сказала я. – Спускайтесь сюда.
Он огляделся и сказал:
– Мне не стоит, но спасибо за предложение.
– Не беспокойтесь. Я буду аккуратно.
– Нет, нет, – сказал он и рассмеялся. – Дело не в этом. Мистер Филлипс запретил мне приближаться к погребальной камере.
– Мистер Филлипс? С какой стати?
– Я точно не знаю, но смею предположить, что у него есть свои причины. Возможно, вы могли бы показать мне отсюда.
Я указала вниз в корабль.
– Вон там, внизу, – сказала я. – Видите ту зеленоватую полоску?
После некоторого раздумья он кивнул, поблагодарил меня и ушел. В конце концов, немного смущенно Стюарт предложил нам всем вернуться к работе.
Когда днем Филлипс вернулся, он пришел в ярость, что его не оказалось на месте, когда мы обнаружили находку. Стюарт показал ему пирамидку, и он уставился на нее, будто бы ошеломленный и оскорбленный ее присутствием.
– О боже, – пробормотал он.
– Ее нашла Пегги, – сказал Стюарт.
Филлипс никак не отреагировал, а просто продолжал смотреть на пирамидку. Вскоре свет стал странного лимонного цвета, и начался дождь. Сначала казалось, что нас ждет обычный ливень, но затем раздалось несколько раскатов грома. За ними последовало необыкновенное зрелище. По центру устья реки тянулся темный занавес, мокрый с одной стороны и сухой с другой. Возможно, он двигался по рельсам, касаясь поверхности воды. Мы все помогли накинуть на корабль брезент, а затем укрылись под деревьями.
Дождь становился все сильнее, стучал по листьям и пускал коричневые ручейки по кучам земли. В лесу Роберт развлекался тем, что перепрыгивал с одного мшистого холмика на другой.
К шести часам стало ясно, что продолжить работу у нас не выйдет. Филлипс сказал мужчинам, что они могут идти, надо только убедиться, что брезент надежно закреплен. Мы поехали обратно в Вудбридж, следом за нами – Филлипс. Я сидела рядом со Стюартом, окно было открыто, и грозовой ветер бил мне в лицо. Ноги у меня были тяжелыми. Казалось, по моим венам течет патока. Когда мы подъехали к «Буллу», уличное освещение из-за непогоды уже включили. Оранжевые шары выделялись на фоне темно-серого неба.
– Господи, – сказал Стюарт, убирая ключи от машины в карман.
– В чем дело?
Он вынул руку и разжал пальцы. Под светом уличных фонарей золотая пирамидка излучала мягкий устричный свет.
– Я собирался отдать ее миссис Претти, но, видимо, совсем вылетело из головы. Как думаешь, что мне делать, дорогая?
– Ничего не делать, – сказала я.
– Но разве я не должен сказать Филлипсу?
– Не сегодня. Просто не забудь завтра утром отдать пирамидку миссис Претти.
Мы вошли в парадную дверь, и я услышала смех, доносившийся из бара. В коридоре клубился дым. Мы ждали Филлипса. Я предположила, что он пройдет мимо бара и направится в свою комнату. Но, к моему удивлению, он потер руки и сказал:
– Думаю, надо отпраздновать?
– Это точно, – согласился Стюарт.
