Тогда он снова изучает себя и видит, что у него еще есть незначительные страсти, клеши и слабости. И он опять практикует випассану. Наконец, он удаляет из своего ума все страсти, все клеши и достигает состояния архата. Он видит нирвану так же ясно, как мы видим что-либо при свете дня. Он видит ее совершенно отчетливо. Это совершенное видение нирваны возникает на последней ступени. Затем он исследует себя и понимает, что у него нет больше страстей и клеш. Он понимает, что стал совершенным. В этом состоянии он видит нирвану совершенным образом.
AM: Да, архат видит нирвану с совершенной ясностью. Его ум полностью очищен — он совершенно чист. В нем больше нечего искоренять. Все страсти уничтожены.
AM: Да, страсти уничтожаются полностью только с достижением архатства.
AM: Сотапатти — первая ступень. Сотапатти, сакадагами и анагами видят нирвану непродолжительное время. Их восприятие нирваны несовершенно, так как еще остались страсти. А когда человек достигает состояния архата, у него больше нет страстей. Он видит нирвану лучшим образом. В своем сознании он видит нирвану и фиксирует свой ум на ней. День за днем он пребывает в этом состоянии и испытывает блаженство нирваны. Это называется «саупадисеса-ниббана».
Предположим, человек выходит в темноту ночи и видит окружающее при свете звезд. При таком освещении невозможно хорошенько разглядеть все предметы. Так человек воспринимает нирвану на стадии сотапатти. Ночь продолжается, и он идет дальше. Наступает полночь, на небе восходит полная луна, и при лунном свете он видит гораздо яснее. Затем ночь заканчивается, и начинает светать. Когда наступает рассвет, он может рассмотреть окружающее еще лучше. И вот наступает восход. Тогда он видит все самым лучшим образом.
Так и с нирваной. Первое видение нирваны и первое прозрение в природу мира подобно тому, как мы вглядываемся в окружающее при свете звезд. На стадии сакадагами человек видит нирвану и природу мира так, как мы видим предметы при лунном свете. На третьей ступени, в состоянии анагами, человек видит нирвану еще лучше и яснее, подобно тому, как мы видим на рассвете. На ступени архата он видит все совершенно ясно — так мы видим при свете дня.
АМ: Скажите ему, что он накопил большие заслуги благодаря тому, что отдал землю Сангхе. Это великая заслуга для него. Вам следует спросить у сына, хотел бы он стать монахом на всю жизнь.
AM: Давайте сходим.
AM: Название моей деревни — Балангода. Я — монах из Балангоды.
AM: Да, нынешним президентом страны. Но мой родной монастырь находится в Балангоде. Его построил мой отец.
AM: Девяносто миль.
AM: Около шести лет назад.
AM: Тогда он был премьер-министром, а я в то время был в Америке. Каждое полнолуние он рано утром приходит в монастырь, соблюдает восемь заповедей (attha-sila)[8] и медитирует до вечера, а затем уходит домой. По сей день.
AM: Каждое полнолуние. Соблюдает восемь заповедей и практикует медитацию. Вечером он возвращается домой. Даже если я в это время за границей, он приходит в монастырь и медитирует сам. Обычно он приходит в день полнолуния.
AM: Президент слышал о вас. Попросите его прислать вам экземпляр Трипитаки на сингальском, он легко может сделать это, так как это государственное издание. Я тоже попрошу, когда вернусь.
AM: Он был первым премьер-министром после того, как Шри-Ланка обрела независимость.
