Июль 1989 года. Карякин, депутат Первого съезда народных депутатов, выступает с предложением вернуть гражданство Солженицыну, предлагает вынесли Ленина из мавзолея и захоронить его по-христиански, на Волковом кладбище в Питере. Отчаянно бросается на защиту Сахарова против «агрессивно-послушного большинства», зашикавшего, захлопавшего нашего нравственного гения. Страшно вспомнить, но свой первый инфаркт Карякин схлопотал именно на трибуне съезда. Потом Юра Рост назовет его инфаркты «идеологическими».
В 1988 году А. Д. Сахаров, А. Адамович, Ю. Карякин и Ю. Афанасьев стали учредителями общества «Мемориал» и создали клуб «Московская трибуна», где развернулись открытые и острые дискуссии.
В дни путча в августе 1991 года Юра находился в Белом доме, рядом с Ельциным. Выступал перед участниками «живого кольца» в рубке радиостанции «Эхо Москвы». 19 августа на базе закрытой путчистами газеты «Московские новости» вместе с Егором Яковлевым участвовал в создании «Общей газеты».
Страна политизировалась. Карякину, как и другим шестидесятникам, ученым, экономистам, деятелям культуры, казалось, что нужно помочь новой рождавшейся демократической власти в проведении столь необходимых реформ. Это увлечение возможностями
Ю. Ф. Карякин на Первом съезде народных депутатов. Москва. 1989
Но многие надежды оказались иллюзиями. Демократы сами были во многом виноваты: «далеки были они от народа». И это показали декабрьские 1993 года выборы в новую Государственную думу, на которых они получили меньшинство, зато побеждали коммунисты и сторонники Жириновского, чья безответственная демагогия и политическая клоунада пришлась по душе быстро увеличивавшимся в российском обществе маргинальным слоям, неудавшимся предпринимателям, рабочим, оставшимся без работы и зарплаты, и даже части обедневшей интеллигенции, стремительно опускавшейся на дно. Оглушительный успех Жириновского показал, насколько легко можно мобилизовать в кризисный момент разрушительные дьявольские силы в народе.
В декабре 1993 года, в ночь после парламентских выборов, на которых сторонники Жириновского и Зюганова набрали непомерное для разумного общества число голосов, Карякин с болью и горечью бросает в открытый эфир: «Россия – ты одурела!» Это понимали многие, но сказал он один. Это был страшный диагноз. С того карякинского слова прямой эфир на нашем телевидении вырубили. Навсегда.
В первой половине девяностых годов Карякин принимал участие в работе Президентского совета. Не боялся спорить с Ельциным. В конце декабря 1994 года, после ввода войск в Чечню, решение о котором было принято келейно, даже без уведомления несиловых министров и тем более членов Президентского совета, Карякин обратился к президенту с открытым письмом (оно было опубликовано сначала в журнале в Саранске, потом в журнале «Октябрь»). Там есть такие слова: «Есть и не могут не быть планы Вашего политического убийства (уверен, что у идиотов – и физического), но Вы в обман своих политических убийц, по-моему, все более решительно склоняетесь к плану – САМОУБИЙСТВА. Речь не только и не столько о Вашем САМОУБИЙСТВЕ, к которому Вас подталкивают, – речь о самоубийстве и демократии, и России – вот к чему Вас подталкивают. Вы изменили самому себе, Вы не похожи на самого себя. Осмеливаюсь уверить Вас, что народ российский кормят ложью, а Вас, мягко говоря, дезинформацией. Убедился (и на Вашем, к сожалению, примере), что порвать железную паутину насилия, оказывается, легче, чем тонкую, липкую паутину лжи. Не могу понять, завидую, как Вы все это выдерживаете, – собой распоряжайтесь, как Вам угодно, черт Вас возьми, а страной, народом – не имеете права»[87].
Из Президентского совета Карякин вышел. Вхождение в политику для него закончилось, но полного возвращения в литературу не получилось. Его продолжали волновать социально-политические и философские проблемы. Он видел, что в стране, прежде всего в людях, не произошло настоящего разрыва с коммунизмом. Это было для него объяснимо: если те, кто занимаются поисками истины, приходят к ней далеко не сразу, то что можно ожидать от людей, не имеющих ни времени, ни желания «просвещаться»?
Юрий Карякин приехал к А. И. Солженицыну. Вермонт (США).1992
