Но не ждут. Сердце никак не отозвалось – оно уже умерло. Юля посмотрела вниз и увидела там изуродованное тело. В нём не было боли. Стало очень легко. Она закрыла глаза, но подлое и трусливое сознание ещё жило. «Дача свободна» отпечатало оно белыми буквами на чёрном фоне готовности тела покончить с собой. Прошелестел ветерком ласковый голос мамы. Она не помнит, как очутилась на даче. Её привёл родной голос или увёл?
Она лежит на маминой кровати: значит, сознание вынырнуло из спасительной глубины, значит, вместе с ним вернётся боль… на тумбочке всё ещё лежат мамины таблетки… стоит бутылочка с минералкой… где, где нужные?! Наступила темнота и покой.
Сколько прошло времени? Юля открыла глаза, кажется, звонил телефон. Она встала, голова закружилась. По стенке дошла до туалета. Кажется, звонит телефон… вышла – тишина. К бесу все телефоны! Юля выдернула шнур, достала мобильный телефон из сумки в прихожей и нажала на кнопку, экран погас. Она села на стул, на котором всегда сидела мама, и вдруг на мгновение ощутила себя ею. Ощущение было таким реальным, что посмотри она в этот момент в зеркало, то увидела бы её: тоску и одиночество старости, неизбежность ухода в неизвестность, покрытое морщинами лицо, руки в уродливых узлах… Дверь заскрипела – это папа… Он накажет… «Пора в психушку», спокойно подумала Юля.
Перед ней нарисовался Дима. Он шёпотом спросил:
– Почему так темно? Где все? Я звоню уже второй день.
– Все – это я и ма… – Юля запнулась…
– Ваш телефон отключён, мобильный тоже. Я подключу? – он вопросительно посмотрел на Юлю.
Телефонный звонок раздался сразу:
– Юлия Львовна! Поздравляю, вчера у вас родился внук! Света в норме. У меня сын! Ждём в роддоме, – Александр назвал адрес.
Всё-таки отвёз дочку в платное отделение, поняла Юля по названному адресу и мысленно похвалила зятя. С этим звонком реальная жизнь ворвалась в дом и вытащила её из омута видений, включив, для начала, несовершенное сознание первого порядка.
Дима открыл окна. Солнце заходило за горизонт, окрашивая небо фантастической палитрой. Свежий ветер унёс последние обрывки фантасмагорий. Сознание второго порядка с удовольствием подсказало: скорее в ванну, потому что в доме гости. В зеркале отразилось не мамино, но и не её лицо – в гроб кладут краше. Старушка, у тебя внук! Сознание третьего порядка, после двух предыдущих, медленно, но навсегда заполняло её. Ей есть куда спешить! Снова спешить, не дав страданию созреть, а боли – отболеть, заставляя себя корчиться в муках, чтобы совершить нечто, так необходимое человеку. Это ещё впереди, а сегодня пришла радость. Но почему-то ни одно чувство, похожее на него, не шелохнулось внутри.
– Дима, у меня родился внук, – сообщила она, выйдя из ванной.
– Поздравляю, – промямлил тот.
Юля переоделась и пригласила гостя к столу. Она попыталась надеть на мертвенное лицо маску благополучия и счастья. Маска сползала. Юля задёрнула шторы. Они молча пили чай. Мысли восстанавливали свой порядок в ячейках памяти. Юля вспомнила, что обещала встретиться с Димой после свадьбы, но времени так и не нашла. Честнее – не хотела найти. С возвращением Александра Дима исчез, только сегодня, видимо, переборол себя и приехал, явно надеясь застать её одну. Чем она может помочь? В прошлой жизни она бы сказала простой штамп: «Будем резать!» Тогда она не знала, как это больно.
– Дима, мне нужна твоя помощь.
– Я понял, что пришёл не вовремя, вы больны, извините.
– Больна, как и ты. Я осталась одна…
Дима изначально не узнал её: он был потрясён и замогильным голосом, и видом. Разве так сообщают радостную весть о рождении внука? Просьба о помощи добила его совсем. А Юля, вдруг, взяла и медленно вылила на голову юного Вертера всю муть последних часов или дней. Лила и понимала, что не простит себя за глупость, за которую всегда осуждала других, слабых и никчёмных. Подсознание подсказывало: так надо.
Бутылка вина была выпита до дна, как вода. Дима сидел потрясённый. Неужели эта женщина, сильная и вечно подмигивающая всему миру лукавым глазом, выглядевшая всегда на все сто, сбита с ног набившей оскомину изменой?! Неужели стояла недавно на пороге самоуничтожения?! В такое он поверить не мог. Но Юля его убедила. Убедила лишь для того, чтобы он нашёл для неё, а главное, для самого себя, хоть несколько причин жить дальше в этом огромном неуютном мире без близкого и любимого существа.
Она выжимала из него эти причины, выдавливала советы и слова сочувствия лишь для того, чтобы он понял, наконец, что нет таких слов, которые помогут унять боль утрат, тоску одиночества, страдания по ушедшей любви. Советы самоуверенных мудрецов вызывают в такие моменты отчаяния лишь отторжение и презрение. Юле хотелось вывести себя и его на обратный путь – жить стоит! И не только потому, что являться к Богу без приглашения не этично.
Потом слушала она мучительную поэму Димы, последний аккорд которой просто потряс её:
– Почему не получилось у нас со Светой?!
Если бы не её состояние, она бы расхохоталась, ведь перед ней сидел психолог!
