– Прыщи, значит. Ну, сопляк, сейчас я тебя проучу, – с трудом сдерживая гнев, процедил Буреев и сплюнул под ноги. – Давно хотел.
Ответа он не получил. Вместо этого Андрей встал в стойку и жестом пригласил Олега нападать. Тот не заставил просить себя дважды и уверенно пошёл на лейтенанта.
«Старайся свести время боя к минимуму, избегай лишней траты энергии. Нет смысла добиваться признания противником поражения – просто сделай так, чтобы он не мог продолжить драку», – Андрей помнил, чему его учили.
Получится так или нет он пока не знал, да и не особо волновался на этот счёт. Главное, что в отличие от сержанта, он не позволит эмоциям взять над собой верх.
Буреев был одного с Андреем роста, но немного крупнее и шире в плечах. Приблизившись, он попытался нанести Андрею серию ударов, вероятно, полагая, что у них обычная уличная драка, где задача – унизить противника. Только вот Андрей был иного мнения. Он увернулся от первого прямого удара и, воспользовавшись инерцией, перехватил руку Буреева во время второго, после чего потянул противника на себя, делая шаг в сторону, и сильно двинул коленом по животу. Затем он хотел заломить руку сержанта за спину и провести болевой прием, но Буреев сумел вырваться.
Ослабив хватку Андрея, он упал на землю и перекатился. Романов выпустил его руку, не решившись последовать за ним, и снова приготовился к защите. Буреев поднялся и сделал тыльной стороной ладони движение, будто вытер нос.
– Сука! – выкрикнул он и снова пошёл на сближение под одобрительные возгласы своих бойцов.
Андрей внутренне подобрался и ещё сильнее сосредоточился, стараясь не упустить из виду руки противника. Он с самого начала, ещё с тренировок Родионова, отдавал себе отчёт в важности как рукопашного боя, так и ножевого, и потому всегда уделял им должное внимание. Было даже время, когда они вместе с Руми брали уроки у Лёши, и сейчас Андрей вовсю старался грамотно воспользоваться полученными навыками.
Сержант снова начал наносить удары, пытаясь достать противника. Он быстро выбрасывал руки, и Романов не успевал среагировать достаточно быстро, чтобы перехватить их и провести болевой приём, как он изначально планировал. Он уворачивался и блокировал, изредка контратакуя, и в конце концов пропустил боковой удар, который пришёлся в скулу. Удар был сильный, и Андрей на миг потерял равновесие. Буреев тут же постарался воспользоваться преимуществом.
Сильный боковой удар левой, который должен был нанести Андрею ещё больший урон, пролетел в сантиметре от лица парня – лишь в самый последний момент Романов чудом сумел вывернуться и отойти на безопасную дистанцию. Скула болела, но он не думал о ней, потому что сержант снова шёл на него. Андрей сделал ещё шаг назад и встал в удобную стойку. Буреев, кажется, стал осторожнее, потому что прекратил бросаться на противника, а выжидал, что тот сам пойдёт в атаку.
– Давай, ссыкло! – подзадоривал противника сержант.
«Соберись и действуй», – сказал сам себе Андрей и действительно пошёл на врага.
Противник ожидал этого и чуть выше поднял руки, рассчитывая на контратаку. Да, завалить его сходу болевым или ещё как-то не вышло, так что Андрей уже выбрал для себя новый план, а Буреев сейчас никак не мешал ему его реализовать.
Несмотря на выставленную защиту противника, Андрей вложился в сильный и стремительный боковой удар и мощно заехал сержанту по согнутой в локте руке. Инерция передалась противнику и тот слегка качнулся, как ещё недавно случилось с Андреем. Романов рассчитывал на это и дальше последовал сильный удар ногой по колену Буреева, от чего его нога заметно сдвинулась, а сам он ещё больше склонился, открывая Андрею затылок, чем парень тут же и воспользовался. Следующий мощный удар по затылку свалил сержанта на землю.
Вся комбинация прошла за какие-то короткие две секунды. Видимого урона сержант не получил, но Андрей был уверен, что левая нога у него должна быть повреждена, а подвижность снижена. И снова Романов не пошёл дальше, а быстро отступил, разумно опасаясь контратаки от разъяренного противника. Пока что он вёл в счёте и потому был уверен, что всё делает правильно, стало быть, не стоит отклоняться от работающей тактики.
Сержант проигрывал и потому все больше распалялся. Щенок, который его так раздражал, не мог быть лучше него, поэтому злость Буреева, столкнувшись со сдержанностью Андрея, совсем не шла ему на пользу.
