– Кажется, что-то стало капать, сэр, – ответил Джонсон, подсаживаясь к столу. – Вот тот новый агент, который у нас проходит как Косматый, предоставил целый пакет информации на жестких копиях. Где-то в каком-то подвале все это хранил, говорит, верил, что когда-то понадобится. Там масса данных по этой промышленной зоне, она на месте бывшей военной базы. Как заезжали, какими силами, сколько завозили персонала. Но все это старое, так что годится только как основа для всей остальной доказательной базы.
– А этот, как его… Профессор…
– С ним порядок, не капризничает, не требует никаких дополнительных сладостей, только чтобы помогли сына отмазать от наркоторговли.
– Сильно влип?
– Сильно. Но никакой органики, только электронные штюбинги, однако такой силы, что органика отдыхает.
Майор удивленно мотнул головой.
– Никогда не понимал этих электронных наркоманов, ну как эти железки глотать?
– Да вовсе и не железки, а экологически чистый пластик с нанесением матричных функционалов. А еще к ним добавляют всякие ароматические добавки, так что вкус совсем не железный.
Поймав на себе пристальный взгляд майора, Джонсон отрицательно покачал головой:
– Сам не пробовал, но читал много мануалов.
– Ладно, отмажем мы этого наркоэлектроника, раз ты говоришь, там хорошая инфа подтекает.
– Хорошая. Он контролирует сети полицейского управления, таможенного комитета и даже первички – «сельских» и нашу.
– Ух ты, мы так можем кое-чего и про себя узнать, а, Джонсон? – усмехнулся Грейн. – Точно только мануалы читал?
– Обижаете, сэр. Только я ведь вот чего к вам приходил – звонила мать Крайчека, одного из главных свидетелей по делу нападения на броневик.
– Тебе звонила?
– Сначала дежурному, а перед этим полицейским. Те свалили на нас.
– Чего хотела?
– Защиты. Говорит, напали на ее сына с попыткой похищения.
– И кто же напал? – спросил майор, распрямляя спину и производя несколько разминочных движений.
– Говорит, пятеро на коричневом минивэне с фальшивыми номерами.
– Откуда информация про номера?
– От мамаши. Сказала, что номер не запомнила, потому что бандиты на своих номерах черные дела не творят. Что делать будем?
Майор побарабанил пальцами по столу и на мгновение сделал страшное лицо. Это была всего лишь мимическая зарядка, но, когда он впервые сделал так, не предупредив Джонсона, тот слегка испугался.
– Получается, мы его недооценили, а другие в курсе, что он знает что-то важное? – предположил Грейн.
– А может, парень действительно заодно с атаковавшими был, и теперь они хотят его ликвидировать.
– Могли бы стрельнуть, и дело с концом.
– Тогда это было бы слишком явно, а так – сбежал, боится ответственности, и все такое.
– Ладно, фантазировать мы все мастера, а если мальца грохнут, нам грозит потеря информатора и оргвыводы начальства. А потому повелеваю…
– Напоминаю, сэр, людей совсем нет.
Майор покачал головой.
– Эх, старлей… Такой тост испортил. Ладно, кто у тебя в резерве?
– Нет резерва совсем, всех выгреб и в «поле» отправил.
– И Суздальца?
Старлей подался назад и развел руками.
– Да куда же этого-то, ваше высокопревосходительство? Его же не сегодня завтра на дисциплинарную комиссию и вон из конторы.
– Но ведь он же просил тебя помочь ему остаться, дать ему последний шанс, а?
– За последний год четыре последних шанса, сэр. Я не могу взять ответственность за его привлечение.
– Тогда используй втемную. Обмани. Скажи, что шанс последний-распоследний, но по документам его не проводи. Если завалится, скажем, самодеятельностью занимался. Ему не один ли хрен, по какой статье на комиссию идти.
– Но это подстава товарища, пусть и спившегося.
– А он не подставлял тебя четыре раза за последний год? И потом, а вдруг случится чудо, и он не облажается, тогда что?
– Что?
– Тогда мы ему не дисциплинарную комиссию, а по состоянию здоровья. И никакого пинка под зад, и пенсия по четвертому разряду. Ну, так ровно?
– Так ровно, – согласился Джонсон.
– Все, заканчиваем балаган, старлей, я на тебя времени трачу больше, чем на жену. Уходи, не хочу тебя больше видеть. Приказ о прикрытии Крайчека получишь сегодня, а с Суздальцем решай сам.
Мелани стояла в дверном проеме и, обхватив голову руками, с ужасом наблюдала за тем, как Донован прыгает по гостиной и в бешеном темпе наносит удары невидимому противнику.
Противник тоже не жалел Донована, и Мелани видела, как вздрагивали на тренировочном костюме те места, куда приходился очередной удар соперника, силу которого добросовестно передавали специальные исполнительные механизмы.
Где Донован взял такой костюм, было непонятно. Мелани пыталась разыскать в сетевых спортмагазинах подобный тренажер, однако там за огромные деньги предлагали лишь некое жалкое подобие того, которым располагал Донован.
И снова ураган ударов, и снова тяжелое дыхание бойцов.
В отдельные моменты Мелани на мгновение казалось, что она видит противника Донована, тот хорошо угадывался по его реакциям.
