Глушичка, сидевший возле кровати, стал поправлять одеяло, стараясь выглядеть равнодушным. Искоса посмотрел на Дуду, потом перевел взгляд на врача. У него сложилось убеждение, что Адаму нужно сказать, что случилось. Его рассказ подтвердил то, что уже было известно. Старик тоже жертва и никак не может быть соучастником преступления. А его реакция на их сообщение может кое-что дать.
Наклонившись над Адамом, он сказал, глядя ему в глаза:
— Гелена Багарова убита, пан Адам. И вы были первым, кто видел ее после смерти.
В светло-голубых глазах появился испуг, сменившийся выражением ужаса. Сухие губы скорее шептали, чем говорили:
— Господи боже мой! За что? Ведь у бедняги ничего не было… Такая добрая душа, мухи не обидит. Это ее тот парень убил! Я чувствовал, что там пахнет смертью… Вы уже поймали его?
Голос его задрожал, из глаз потекли слезы. Правой рукой он пошарил по ночному столику, нашел носовой платок. Громко высморкался, вытер глаза.
— Больше вы ничего не заметили?
— Да нет… Хотя постойте… очки!.. Больше ничего не помню.
— Поправляйтесь скорее, пан Адам, — простился с ним Глушичка, заметивший знак врача. — Если что-нибудь еще вспомните, сообщите нам, мы придем поговорить.
— Вы ведь поймаете его, правда? Вы должны его поймать!
— Не волнуйтесь, все для этого сделаем.
В отдел оба криминалиста возвращались городским автобусом. Всю дорогу они молчали, погруженные в свои мысли. Входя в управление, Глушичка с удивлением заметил, что Дуда не собирается идти вместе с ним к лифту.
— Зайду к соседям, — объяснил Дуда. — Посмотрю результаты дактилоскопических исследований. И к Ноге заскочу.
Майор пожал плечами и один вошел в лифт.
Эксперт-дактилоскопист разочаровал Дуду, надеявшегося, что на блокноте, найденном в комнате Багаровой, будут обнаружены отпечатки пальцев.
— На такой шероховатой поверхности отпечатков не нашли бы и специалисты из Скотланд-Ярда. Как всемирно известный сыщик, ты это должен знать, — пошутил он.
Но капитан не принял шутки. Он взял блокнот, перелистал его, потом постучал пальцем по обложке:
— Преступник держал этот блокнот в руке и, конечно, листал его. Результат — отсутствие странички с датой 10 февраля. Он вырвал эту страницу, и у нас ее нет. Следовательно, он прикасался и к другим страницам! Иначе ведь нельзя ее вырвать. Поэтому не ссылайся на Скотланд-Ярд и посмотри еще раз.
Осторожно, касаясь лишь края страниц, эксперт начал исследовать листочки блокнота с помощью разноцветных лучей. Дуда с интересом наблюдал за его действиями. На странице с датой 9 февраля эксперт задержался:
— Все правильно. Бумага гладкая, и кое-какие отпечатки на ней есть. Скорее всего, они принадлежат самой хозяйке. Но есть и другие, к сожалению, смазанные. Скорее пятна, чем отпечатки. Попробую их обработать.
Эксперт потер страничку специальным средством. Проступило пятно.
— Видишь? Это не отпечаток. Здесь к странице приклеилось что-то мягкое, не похожее на человеческую кожу. Жаль, что ничем не могу тебе помочь.
— Очевидно, это опытный парень, раз действовал в перчатках.
— Совсем не обязательно! Сегодня перчатками пользуются даже сопляки, грабящие табачные киоски.
Дуда поблагодарил и двинулся пешком на четвертый этаж. На белой двери, перед которой он с улыбкой остановился, кто-то написал крупными буквами одно слово: «Нога». Потом слово зачеркнули и нарисовали босую волосатую ногу. Дуда уже был знаком с такого рода шутками: на его двери тоже кто-то нарисовал дудку.
Капитан Нога принял Дуду как доброго знакомого. Предложил кофе, но Дуда отказался:
— Не хочу тебя задерживать. Здесь, как видишь, отсутствует одна страница. На ней было написано что-то важное, поэтому убийца ее вырвал. В дактилоскопической лаборатории отпечатков не обнаружили, но в графе на семнадцать часов что-то выдавлено. Может быть, определишь, Ярослав?
Капитан Нога взял из его рук блокнот и стал рассматривать его страницы. Потом приставил к глазу лупу, отчего сразу стал похож на часовщика. Отложив лупу, он сел за маленький столик в углу кабинета и нажал какую-то кнопку. Слева от него загорелась фиолетовая лампочка. Он долго манипулировал с блокнотом, и Дуде показалось, что коллега что-то обнаружил.
Наконец Нога подозвал Дуду, тот склонился над плечом товарища.
— Видишь? — Нога указал острием карандаша на совершенно чистое место. — На предыдущей странице было что-то написано. Мне кажется, большое «Д» и за ним точка. Тот, кто писал, сильно нажимал на ручку. Бумага тонкая, и не удивительно, что остался след. Я не уверен полностью, но иначе не объяснишь.
— Говоришь, «Д» с точкой?.. Ну, спасибо тебе, Ярослав.
Штефан Панек, в строгом черном смокинге с блестящими лацканами, со снежно-белой манишкой и бордовой бабочкой, стоял в углу и бдительным оком наблюдал за залом. Время от времени он посматривал на официанток, обслуживавших гостей с любезной улыбкой, как и положено в ресторане первого класса. Обе они были опытные, и ничто не могло вывести их из равновесия, даже излишняя фамильярность некоторых посетителей. Когда они проходили мимо него, он веселил их острыми прибаутками.