Я держала телефон в руках, гудки раздавались один за другим. Халифа снова закашляла, маленькое тело дёрнулось, и я прижала её крепче к себе.
— Возьми трубку… Пожалуйста, Зафар, возьми… — шептала я себе под нос.
На третьем гудке он ответил.
— Чего тебе? — его голос был холодным и равнодушным, будто я звонила не мужу, а постороннему человеку.
— Зафар, мне нужно, чтобы ты приехал, — я старалась говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. — Мне нужно отвезти Халифу в поликлинику. Айдара я не могу оставить одного.
— Что? — он явно не понял. — Ты серьёзно сейчас из-за этого звонишь?
— Да, серьёзно! — мой голос сорвался. — У неё температура, она задыхается от кашля. Я не могу одна!
В трубке повисла пауза. Потом он рассмеялся — тихо, почти насмешливо.
— У меня работа, Хаджар, — бросил он. — Ты хоть представляешь, что ты просишь?
Я почувствовала, как что-то внутри обрывается.
— А ты представляешь, что мне приходится делать каждый день? — голос начал дрожать. — Я одна с двумя детьми. Твоя мать с сестрой даже пальцем не пошевелят, чтобы помочь! Ты отец или кто⁈
— Отец? — переспросил он, и его тон стал ещё холоднее. — Да, я отец. Но это не значит, что я должен бросать всё и мчаться по первому твоему звонку. Ты мать. Вот и справляйся.
— Сама? — мой голос дрожал всё сильнее. — Я сутками с ними. Без сна. Без отдыха. Мне некому даже подменить меня на час, чтобы отвезти ребёнка к врачу!
— Другие женщины справляются, — бросил он резко. — Справляются с пятью, с шестью детьми, а ты даже с двумя не можешь!
— Другие женщины⁈ — я почувствовала, как внутри всё переворачивается от ярости. — Ты вообще слышишь, что ты говоришь? Ты сравниваешь меня с кем-то, даже не зная, через что я прохожу каждый день⁈
— Да знаю я всё! — рявкнул он. — Ты просто ленишься, Хаджар. Это всё. Ты себя запустила. Дом запустила. И теперь меня отвлекать решила?
— Ленюсь? — я уже не сдерживалась. — Ты правда считаешь, что это лень? Что я каждый день ломаюсь пополам, чтобы держать всё на плаву, — это лень?
Снова тишина.
Потом его голос. Тихий. Резкий. Жестокий.
— Ты уже даже не женщина, Хаджар. Ты комок нервов и проблем. Мне противно смотреть на тебя.
Мир пошатнулся.
— Что? — прошептала я.
— Ты слышала. Я устал. Устал это выслушивать. Может, тебе пора задуматься, что ты делаешь не так.
— Что я делаю не так? — я не верила своим ушам.
Но он уже бросил трубку.
Телефон задрожал в моей руке. Я смотрела на экран, но ничего не видела.
«Ты уже даже не женщина…»
Халифа затихла у меня на руках, её маленькие пальчики цеплялись за мой свитер. Рядом сел Айдар.
— Мам, всё будет хорошо? — тихо спросил он.
Я посмотрела на него. Слишком маленький, чтобы задавать такие вопросы. И слишком взрослый, чтобы их не задавать.
— Конечно, сынок, — прошептала я, прижимая его к себе.
— Я пойду с тобой, — неожиданно сказал Айдар, посмотрев мне в глаза.
Я замерла.
— Куда?
— В больницу. Ты ведь не одна, мам, — тихо сказал он. — Мы всё сделаем вместе.
И я поняла: единственный мужчина, который действительно рядом, — это мой пятилетний сын.
Дома было тихо. Халифа уснула, а Айдар рисовал в своей комнате.
Я только начала перекладывать чистую посуду по полкам, когда услышала звук открывающейся двери.
Зафар вернулся.
Он прошёл мимо меня, даже не посмотрев в мою сторону.
Скинул куртку на кресло, переоделся и уже тянулся к двери.
— Ты куда? — спросила я, не скрывая раздражения.
Он обернулся, глядя так, будто я задала нелепый вопрос.
— С друзьями встречаюсь.
С друзьями?
Я выпрямилась, сложила руки на груди.
— У нас дети болеют. А ты собираешься веселиться?
Он фыркнул.
— А что мне делать дома?
— Что тебе делать⁈ — мой голос сорвался. — Может, помочь мне? Побыть с детьми?
— Ты справляешься, — он пожал плечами, словно это объясняло всё. — Это твоя обязанность.
Эти слова больно резанули по нервам.
— Моя обязанность? — я шагнула к нему ближе. — Ты всерьёз считаешь, что моя обязанность — быть круглосуточной няней, кухаркой и уборщицей, а твоя — только работать и приходить домой, чтобы поесть и уйти?
Он вздохнул, как будто ему надоел этот разговор.
— Хаджар, хватит ныть. Я зарабатываю деньги. Ты должна заниматься домом и детьми. Это твоя роль.
Мой кулак сжался так сильно, что ногти впились в ладонь.
— Ты это серьёзно?
— Да, серьёзно, — его голос стал ледяным. — Я прихожу домой, а здесь бардак. Ты целый день дома, но даже с этим не справляешься.
У меня в глазах потемнело от ярости.
— Ты думаешь, что я не справляюсь? — мой голос дрожал, но я не сдерживалась. — Я одна тяну двоих детей, таскаюсь с ними по врачам, ночами не сплю, а ты… ты уходишь развлекаться, потому что тебе «неинтересно» дома?
— Да, неинтересно, — бросил он спокойно. — Здесь нечего ловить.
Я почувствовала, как в груди что-то надломилось.
— Нечего ловить? — прошептала я.
— Я обеспечиваю семью. Ты должна обеспечивать порядок и уют. Это просто. Другие женщины справляются.
Я резко подняла голову.
— Другие женщины? Ты знаешь, через что я прохожу каждый день? Ты хоть раз спросил, как я себя чувствую?
Он даже не моргнул.