— Ты думал, что построишь новую жизнь, пока я тут тяну всё на себе? Нет, Зафар. Так не будет.
Он шагнул к двери, но я остановила его:
— Думаешь, я это так оставлю?
Он обернулся и посмотрел на меня холодно.
— Ты уже всё сказала.
— Нет. Я ещё не закончила.
Он молчал. Глаза сузились.
— Думаешь, я буду молчать дальше? Думаешь, я позволю тебе строить новую семью, пока твоя первая семья рушится?
— Ты знала, что это возможно, — тихо бросил он.
— А ты знал, что возможен развод?
Он побледнел:
— Ты угрожаешь мне разводом?
— Нет. Я просто открываю тебе глаза. Или ты переселяешь нас в квартиру и обеспечиваешь по-человечески, или я подаю на развод. И тогда ты будешь платить мне алименты и содержание.
Он усмехнулся:
— Думаешь, меня это пугает?
— Думаю, тебя злит, что я больше не молчу.
Мы долго смотрели друг на друга.
— Делай как знаешь, — наконец бросил он и вышел, хлопнув дверью.
Я осталась стоять посреди кухни. И вдруг поняла: мне больше не страшно. С плеч упала тяжесть.
Теперь всё будет иначе.
Я молча складывала вещи в сумку. Детские куртки, сменные ботинки, книги Айдара, любимые игрушки Халифы. Каждое движение было чётким и уверенным. Я больше не дрожала от злости или обиды. Больше не теряла голову от горечи.
Теперь я знала, чего хочу.
Пока я собирала вещи детей, в дверях спальни появилась свекровь.
— Хаджар, ты что делаешь? — её голос резанул воздух, как нож. — Куда это ты собралась?
Я даже не посмотрела в её сторону. Разворачиваю сложенный плед, укладываю в сумку. Всё должно быть аккуратно, чётко, ничего лишнего.
— Я тебя спрашиваю! — повторила она, на этот раз громче. — Ты совсем с ума сошла?
Затягиваю молнию на сумке и откладываю её в сторону. Перехожу к следующей.
Она шагнула ближе, её взгляд сверлил меня.
— Если ты думаешь, что можешь уйти вот так просто, то ты ошибаешься. Ты куда детей тащишь? К своим родителям? Они же ничего тебе не дадут. Только позор принесёшь.
Я взяла одежду Халифы, аккуратно свернула её и уложила сверху.
— Куда ты собрала вещи? Хаджар! — её голос стал пронзительным.
— Мы уезжаем, — сказала я наконец, не отрываясь от дела.
Она ахнула.
— Уезжаете? Куда? Зафар в курсе?
— В курсе.
Её лицо побелело.
— Ты не имеешь права! Это его дом! Его дети! Ты не можешь взять и уйти!
Я закрыла сумку, подняла на неё взгляд и спокойно произнесла:
— Могу. И уйду.
Она открыла рот, чтобы возразить, но я резко подняла руку, останавливая её.
— Хватит, — сказала я чётко и уверенно. — Я слишком долго слушала ваши упрёки. Слишком долго терпела и молчала. Теперь всё иначе.
Свекровь шагнула ко мне ближе, её глаза метали молнии.
— И как ты собираешься жить? Ты думаешь, Зафар будет тебе что-то должен? Он взял вторую жену, потому что ты сама довела до этого! Ты…
— Пусть теперь она терпит, — перебила я её холодно. — Мне уже всё равно.
Я взяла сумки и вышла из спальни, оставив её стоять посреди комнаты, растерянную и злую.
В коридоре меня встретил Айдар.
— Мам, мы точно уезжаем? — спросил он тихо.
— Да, сынок. Мы уезжаем.
Он кивнул серьёзно, как взрослый.
— А папа будет нас навещать?
— Если захочет, — ответила я и почувствовала, как сердце защемило.
Но этот момент слабости прошёл быстро.
Больше никаких сомнений. Больше никаких слёз.
Теперь я управляю своей жизнью.
Сумки стояли в холле, выстроенные ровным рядом, словно точка в конце предложения. Я собрала всё, что могла: одежду детей, лекарства, книги, игрушки. Всё, что нужно, чтобы начать с чистого листа.
Халифа сидела на полу, обнимая любимого зайца, а Айдар, прислонившись к стене, внимательно наблюдал за мной.
Свекровь шепталась по телефону в своей комнате. Я слышала её приглушённый, раздражённый голос:
— Да, она собралась. Вещи в холле. Зафар ничего не сказал… Да кто её знает! Совсем голову потеряла!
Я выпрямилась и ещё раз проверила замки на сумках. Всё готово. Теперь оставалось самое сложное.
Зафар был наверху, в кабинете. Я поднялась по лестнице, чувствуя, как каждое слово, которое мне предстоит сказать, застывает где-то в груди. Но я больше не позволю себе молчать.
Я постучала и вошла, не дожидаясь разрешения. Он сидел за столом, листая телефон. Поднял на меня взгляд, хмурый и усталый.
— Что теперь? — спросил он без интереса.
Я закрыла за собой дверь и, глядя ему прямо в глаза, сказала:
— Мы уезжаем.
Он нахмурился сильнее.
— Уже собрала вещи?
— Да, — кивнула я. — Теперь вопрос за тобой. Ты отвозишь нас на квартиру, или мне вызвать такси? Мы можем поехать к моим родителям. Ты уже решил, куда нам ехать?
Его челюсти сжались. Несколько секунд он молчал, смотрел то на меня, то в телефон, будто искал способ уйти от разговора. Потом резко встал, вытащил из кармана ключи и бросил их на стол.
— Забирай.
Я подошла к столу и взяла ключи.
— Мне вызвать такси? — спросила я ровно. — Или в этот раз ты удосужишься отвезти нас сам? Обычно ведь я всё делаю сама.
Он нахмурился ещё сильнее, губы сжались в тонкую линию.
— Не усложняй, Хаджар.
— Я? — я усмехнулась. — Это ты решил усложнить нашу жизнь. Думаешь, я буду молчать и терпеть дальше? Ты привык, что я всё делаю сама. Но теперь так не будет.
Он молча схватил куртку и направился к двери.