Приступив к последнему на сегодня делу. Повышение уровня "Расщеплённой стали" несло за собой простую истину: пора отказаться от лёгких импровизированных осколков. Теперь я должен тянуть за спиной не просто обломки металла, а настоящие, увесистые, смертоносные глыбы. Чем больше вес — тем сокрушительнее удар. Чем тяжелее основа — тем глубже вонзится.
— Седой, — я обернулся. — У нас не завалялось чего покрепче обычного металлолома? Калёная сталь, броневая плита? Что-то с плотностью выше среднего.
Он хмыкнул, доставая сигарету из внутреннего кармана видавшей виды куртки. Табак зашуршал в тонкой обёртке. Запах был крепкий, густой, будто выдержанный годами.
— Хороший табак курят черти, — буркнул он, поджигая кончик. — Не знаю, как выжил, но мне попалась упаковка у того, что в развалинах под машиной лежал. Помню, как ты в день нашей первой встречи дымил так, будто лёгкие были запасные. — Он усмехнулся и протянул мне одну. — Смотрел на тебя тогда — думал, точно наш.
Я взял сигарету, щёлкнул зажигалкой. Пламя коснулось бумаги, и я втянул первый тяжёлый вдох. Горло свело, но вместе с дымом пришли воспоминания. Балкон. Тишина ночного города. Отец рядом, говорит про смысл жизни, про ошибки, про войну.
— Чертяка ты, Седой. То пойло предлагаешь, теперь сигареты. — Я выдохнул, глядя в огонь бочки. — Романтик, блин.
— А что нам ещё остаётся? — Он пожал плечами. — Пока не сдохли, нужно жить. Хоть по кусочку. Я пару пачек у наших отжал они их в грузаче нашли — хватит. Лучше пусть горло дерёт, чем тишина в башке.
Он кинул мне запечатанную пачку. Чёрный штамп на боку, без названия. Только шрифт технический, будто армейская маркировка.
— Ну так что по железу? — спросил я, пальцем проверяя, не засорён ли фильтр.
— К Гарри иди. Он вроде в четвёртом бараке. Может, дрыхнет, может, опять свой хлам потрошит.
Я кивнул, встал, стряхнул пепел, вдохнул ещё раз и направился в сторону барака.
Гарри, как всегда, не спал. Его хребет, похоже, давно перестал признавать сон. Он сидел прямо на полу, вокруг — сломанные инструменты, выдранные провода, крышки и панели. Всё — следы нашего мародёрства. Всё, что смогли выдрать из рухнувшей техники.
— Гарри, дело есть, — начал я. Он повернул голову, скосил взгляд на меня, приподнял очки и отложил в сторону нечто напоминающее рукоять от перфоратора.
— Что нужно, Грим?
— Калёная сталь. Тяжёлая, плотная. Желательно без трещин.
Он нахмурился:
— На что? Ты же и так в УКБ-4.
Я молча повернулся боком, и показал за спину — шарды, лезвия за спиной, слегка подрагивали, словно чувствовали приближение замены.
— Для этого. Хочу проверить второй уровень "Стали". Арматура уже не тянет. Был случай — ударил по хребту урода, а он будто об бетон. Не пробил. Не простительно.
Он усмехнулся, встал, подошёл к дальнему ящику. Откинул крышку. Внутри — ржавые обрезки, но среди них я сразу заметил темнеющий, гладкий прямоугольник.
— Пара кусков осталась. Мы их с пацанами вытащили из грузовой машины. Там броня в днище была — толстая, как моя терпелка. Я сам её из машины выдирал.
Он извлёк кусок, обёрнутый грубой тканью, и положил передо мной. Один — размером с предплечье, весом около пятнадцати кило. Другие — чуть меньше, но всё равно внушительные. Гладкие, с остатками сварочного шва.
Я докурил молча. Затушил бычок об подошву, бросил в железную банку с мусором. Металл глухо звякнул. Наступил момент истины.
— Приступим
Я задумался, пока рассматривал тяжёлые куски металла. Что-то не сходилось. Слишком много опыта насыпали. За что? Во время зачистки портала с зелёными уродами я особо не задумывался — действовал по накатанному, чистил, как обычно. Но теперь, на свежую голову, всплыло: система выдала сообщение с пометкой "именные цели" — эльфийки. Хоть они и не представляли угрозы, но факт остался. И если они были классифицированы системой как ключевые мишени, даже при их слабости, — вот тебе и девяносто опыта. Формально — зачистка, пусть и морально сомнительная. Мне только на руку. Не я правила придумывал.
Потянулся к самому крупному куску — массивной, тускло блестящей плите весом под пятнадцать кило. На глаз — плотная броня, может, от обшивки машин или грузачей. В голове пронеслось: «Если система примет — урон будет чудовищный». Но нет. Вспышка предупреждения. Перегрузка. Отказ.
Осмотрел второй, чуть меньше — килограмм двенадцать. Надежда теплилась, но результат тот же: отклонено.
Остался третий. Простой кусок закалённого металла, чуть больше десятки. Я взял его в руку — тяжёлый, холодный. И система его приняла. В тот же миг перед глазами вспыхнуло окно, и из металла начали вырываться осколки. Шесть фрагментов, массивных, полуметровых, закрутились в воздухе и замерли за моей спиной. Они выглядели, как оружие настоящей войны. Не шарды-зубочистки из прошлой версии — это были снаряды. Настоящие. Каждый весил больше полутора килограммов.
— Ебтить... — выдохнул я, осматриваясь через плечо. С таким весом, если ударить точно — вырвет не только голову, но и половину торса.
Гарри всё это время стоял в сторонке, даже не шелохнувшись. Только медленно выдохнул:
