Она кивает головой в сторону подруги, которая танцует в толпе рядом с Финником. Кажется, будто девушка всё время хочет прижаться к нему ближе, а Четвёртый просто наслаждается музыкой, словно не замечая её неловкие попытки.
— Похоже, он нравится ей, — отмечаю я, глядя на покачивающихся в такт музыки парня с девушкой среди скопления разноцветных тел.
— Каждая девушка в восторге от своего первого парня, поэтому позволь ей насладиться моментом. Он не слишком-то часто с ней разговаривал с тех пор.
— Финник был её первым? — удивлённо спрашиваю я. — И они остались в таких дружеских отношениях?
— А разве секс дружбе помеха? — она удивлённо поднимает на меня свои янтарные глаза, притягивая меня за пряжку ремня.
Я смотрю на её хитрую улыбку и прячу собственную в стакане. Ещё никогда и никто меня так открыто не хотел.
Музыка сменяется, становится громкой и раздражающей, я отталкиваюсь от барной стойки и ухожу в поисках места, где тихо. С удивлением замечаю, что Мия идёт следом.
Она резко дергает меня за руку и тянет в комнату на втором этаже клуба. Впервые я не знаю, как себя вести с девушкой. По дороге я чуть не вписываюсь в стеклянную дверь, и мы оба едва не растягиваемся на ковровой дорожке. Она возится с пластиковой карточкой и открывает дверь.
Я целовал девушек раньше, но ничего серьёзнее тесных объятий никогда не мог себе позволить. Мысль о том, что эта девушка целиком будет моей в закрытой комнате с мягкой кроватью, посылает волны тревожного ожидания по моему позвоночнику. Пока я запираю дверь, она набрасывается на меня с поцелуями и увлекает к круглой кровати с бархатным покрывалом. Интересно, все клубы в Капитолии такие?
Ее руки нагло путешествуют по моему телу: рукам, пояснице, расстегивают ремень, скользят вниз, минуя пупок прямиком в штаны…
— Ми… Мия… — перехватываю я её ладони, останавливая и смотря прямо в глаза.
— Послушай меня, я не могу, понимаешь… не могу обещать тебе, что между нами что-то будет. Ты красивая, очень красивая и весёлая, — тараторю я. — И должна найти кого-то для нормальных, серьёзных отношений. Не такого, как я.
Она хмурится и расстёгивает ширинку на моих джинсах. Воздух застревает прямо у меня в горле.
— Ну ты и зануда, Мелларк.
— Я серьезно, Мия, ты заслуживаешь лучшего…
— Я тоже серьезно, Пит! — Она вскидывает голову, сверкая взглядом и упрямо выпятив нижнюю губу. — Мне плевать, что ты можешь или не можешь мне дать, мне не нужны отношения. Я просто хочу тебя. И хочу прямо сейчас.
Черт! Ну раз так…
Я впиваюсь поцелуем в её губы, закрывая глаза. Представляю, что целую Китнисс, и если приоткрыть веки самую малость, то к расплывчатому образу брюнетки воображение само пририсует нужные детали. Она снимает платье и бросает его через плечо. Я опрокидываю её на кровать. Выходит слишком резко и как-то неуклюже. Замираю, опасаясь того, что она рассердится или испугается, но нет, она смеётся и протягивает ко мне руки.
— Давай же, глупый. Иди ко мне.
Ее комбинация, надетая под платье задралась, обнажая загорелую кожу и кружевное белье. Я наклоняюсь и, целуя открывшееся искушение, поднимаю носом тонкую ткань. Она хихикает, но спустя пару минут ее смешки быстро превращаются в страстные стоны.
Она не знает, что всего лишь вещь, средство достижения цели. Хотя, судя по всему, ей это и неважно. Кукольная замена, с помощью которой я уничтожаю запретные воспоминания о девушке, которую оставил, и этом их чёртовом поцелуе, который я пытаюсь выбить из своей головы, глубже врываясь в стонущее подо мной тело. Я двигаюсь в ней, все сильнее и сильнее лишаясь рассудка от каждого толчка, отчаянно пытаясь достигнуть того чувства, которого, она никогда не сможет мне дать.
В первый раз меня хватает лишь секунд на двадцать, но зато во второй — я по-настоящему вхожу во вкус.
Мне хочется чувствовать это снова и снова. Проникать в горячее лоно и сжимать её стройное тело. Она опрокидывает меня на спину, и от каждого юркого движения её рта по моей твёрдой плоти, я забываюсь, словно во сне. Наконец, меня покидают все переживания и болезненные картины, рисуемые воображением, и не остаётся ничего, кроме блаженного чувства дикого, бешеного экстаза, который дарит мне эта милая девочка своим языком. Моё тело уже не слушает разум и повинуется лишь страсти, и становится не так уж важно, кто дает тебе эту страсть. Будь это девушка на одну ночь или та самая любимая и единственная.
Теперь всё в моей жизни подделка.
На следующий день я просыпаюсь у себя в квартире от разрывающей глаза головной боли. Тру руками лицо, пытаясь вспомнить, как мы добирались вчера домой. Финник, присев на корточки возле кровати, улыбается.
— Что? — хриплым голосом, спрашиваю я его.
— Ты рычал во сне, — отвечает он.
— Чушь собачья.
— Я уже начал беспокоиться, что ты превращаешься в переродка. Тебя никто на вечеринке не кусал? Хотя и тут есть плюс: как собаку, тебя будет гораздо легче выдрессировать, — смеётся он.
Я хватаю подушку с кровати и бью его ей. Он ловко уворачивается и, ухмыляясь, протягивает мне стакан воды с шипучей таблеткой внутри. В его руках белый конверт.
