Да, его голова всё еще была там, примерно в двенадцати футах над землей. В руках этого существа, этого огромного, темного существа! Бигфута. Это могло быть только оно. Оно швырнуло голову Рейдера на землю и наступило на нее — вдавливая в почву.
К тому времени мы уже бросили свою ношу. Пока существо было занято тем, что вдавливало голову Рейдера в землю, я вскинул винтовку к плечу и выстрелил. Существо вздрогнуло и отшатнулось назад. Затем оно отступило. Попросту умчалось.
Мы втроем немного постояли, собравшись в круг, и глядя на то, что осталось от Рейдера, затем устремили свой взор вглубь чащи деревьев. Руис всё качал головой и бормотал:
— Господи Иисусе.
— Оно доберется до всех нас! — прокричал Чемберс.
— У него была такая возможность, — сказал я ему. — Наверное, оно отправилось куда-нибудь спокойно умереть.
— Оно вернется, — сказал Чемберс. — Оно будет возвращаться снова и снова.
Я поинтересовался у него, с каких пор тот стал ясновидцем, но Чемберс меня проигнорировал.
— Ему нужен детеныш, — сказал Руис. — Предлагаю оставить детеныша.
— Я его не оставлю, — заверил я их.
— Это уже твои проблемы, — сказал Чемберс.
Он махнул Руису, и они двинулись прочь вместе.
Так я их и нашел, спустя час. Вместе — с переломанными руками и ногами, переплетенными и скрученными в ужасный кровавый узел.
Я шел, не останавливаясь. И вряд ли ожидал, что переживу эту ночь, но продолжал тащиться вперед, с этим существом на спине. Его связанные руки тянули меня за шею. Он болтался сзади, будто ребёнок, которого несут на плечах.
Наступил рассвет, а я продолжал движение. Солнце пробивалось сквозь деревья, тело воняло, вокруг нас роились мухи, но я продолжал двигаться. Наконец я добрался до лагеря, и забросив тушу в заднюю часть "Патфайндера", дал оттуда дёру.
— Это было сегодня днем, — сказал он.
— Вы хотите сказать…?
Он кивнул, предвосхищая мой вопрос.
— Да, это существо в моем доме на колесах.
— Боже мой! Могу я… могу я его увидеть?
— Только перепишите "Бушмастер" на меня, и я отдам вам документы на "Патфайндер" и грузовик. Справедливый обмен.
Я колебался.
— С ними что-то не так?
Улыбка исказила его лицо.
— Да ничего особенного. Я просто хочу поменяться, вот и всё.
— Вы же не думаете, что снежный человек может преследовать машину!
— Конечно, не думаю. Просто мне так будет спокойнее.
— Я сейчас вернусь.
Кивнув, он повернулся к окну и уставился на темный лес.
Я оставил его и бросился в свой кабинет, не обращая внимания на любопытные взгляды жены и полудюжины посетителей за обеденной стойкой.
В кабинете я лихорадочно рылся в своем столе, дрожащими руками перебирая бумаги в поисках документов на машину. Наконец, я нашел их. Когда я задвигал ящик обратно, я услышал, как снаружи разбилось стекло. Следом раздался выстрел.
Я пробежал в музейное помещение перед посетителями и распахнул дверь.
Ходжсон пропал.
В помещении стоял отвратительный затхлый смрад, который наводил меня на мысли о плесени и мертвечине.
Подавляя рвотный позыв, я ринулся к разбитому окну. Выглянул наружу, но увидел только темную дорогу и лес по другую сторону от нее.
Выбрался на воздух. Побежал сквозь ветреную ночь. В сторону закусочной. На стоянку. К потрепанному "Патфайндеру" Ходжсона.
Его задняя дверь валялась на гравии.
