— Ты, что спятил, — сказала Шанна. — И если вы, ребята, думаете, что собираетесь спрятаться и понаблюдать за происходящим… вперед, попробуйте. Кто бы ни появился, я прямо им скажу, где вы. Тогда, возможно, нас покромсают всех троих.
— Послушай её, — сказал Майк. — Эта сучка еще и угрожает нам.
— Да. Почему бы нам просто не вернуться к машине и не оставить её? Кому это нужно?
На самом деле я не хотел так говорить, но она меня разозлила.
— Я бы предпочел остаться и понаблюдать за весельем, — сказал Майк.
— Ты слышал её. Она сдаст нас. Давай просто свалим. Она ведет себя как дура.
— Я с тобой.
Я поднял свой топорик. Майк взял свою монтировку. Мы оба отвернулись от клетки.
— Эй, тебе нужна твоя фляжка? — спросила Шанна.
Я оглянулся. Она отошла от прутьев и подняла её.
— Бросай.
— Угу. Ты сможешь забрать её, когда выпустишь меня.
— Я тебе новую куплю, — сказал мне Майк.
— Прекрасно. Можешь оставить её себе, Шанна. Ты можешь захотеть пить, пока дождешься ночи.
Она швырнула её о землю. Та с глухим стуком ударилась о пол клетки.
— Вернитесь! Вы не можете уйти!
— О, правда? — спросил я. — Просто наблюдай, как мы это делаем.
Мы продолжали удаляться.
— Ну, пожалуйста! — воскликнула она. — Вы не можете просто бросить меня здесь! Не можете! Пожалуйста!
Мы продолжали уходить.
— Мы действительно собираемся это сделать? — прошептал Майк.
— Свалить, что ли?
— Ну да.
— А почему бы и нет? Да, чёрт бы с ней.
— Вот ведь сучка.
— Нет! — крикнула она. — Не уходите!
Я оглянулся на нее.
— И почему, черт возьми, мы не должны этого делать? Назови нам хоть одну вескую причину.
Её руки пробежались по блузке спереди, переходя от пуговицы к пуговице. В мгновение ока все они были расстегнуты. Она широко распахнула блузку.
— Боже мой, — пробормотал я.
Мы с Майком уставились на нее. Пока мы смотрели, она позволила блузке упасть на пол клетки.
—
Нам не нужно было это обсуждать. Мы направились обратно, не сводя с нее глаз. Она наблюдала за нами, застыв как вкопанная, её руки были опущены по бокам, кулаки сжаты. Она снова тяжело дышала.
Выглядела она великолепно.
Её волосы отливали золотом. Кожа, частично находящаяся в тени, но кое-где освещаемая солнечным светом, имела мягкий светло-коричневый оттенок. В отличие от её грудей. Те выглядели бледными, кремовыми.
Их темные соски были направлены прямо на нас.
Она была стройной и обнаженной по пояс. Шорты сидели не на талии, а гораздо ниже. Ниже джинсов её стройные и загорелые ноги простирались к босым ступням, слегка расставленным на полу клетки.
Я никогда не видел ничего подобного.
Ничто даже близко не может с этим сравниться.
Мне казалось, что я вот-вот упаду в обморок. Или взорвусь. Или проснусь.
— Это то, чего вы хотели? — спросила она дрожащим голосом.
— Тебе было не обязательно… — пробормотал я.
— Да, конечно. А теперь вытащите меня отсюда.
— Мы подумаем об этом, — сказал Майк.
— Дай-ка это мне, — я потянулся за монтировкой, но он отдернул её в сторону, и я промахнулся. — Эй, да ладно тебе. Отдай её мне.
— К чему такая спешка? Давай просто расслабимся и насладимся зрелищем с минутку.
Знаю-знаю. Я мог бы побороться с ним за монтировку. Или я мог бы начать крушить навесной замок своим топориком. Но мне не очень хотелось делать ни то, ни другое.
Мы оба сосредоточили наше внимание на Шанне.
Она свирепо посмотрела на нас. Её губы были плотно сжаты. Дыхание со свистом вырывалось из ноздрей. Однако я не тратил много времени на изучение её лица.
Через некоторое время она сказала:
— Почему бы вам просто не сделать снимок.
— Жаль, что у нас нет "Полароида", — сказал Майк.
— Ага.
— Блин.
— Вы подонки!
— Шорты снимай, — сказал ей Майк.
Она выглядела так, словно вот-вот расплачется:
— Ребята, — сказала она. — Эй…
Её глаза обратились ко мне, как будто в поисках союзника.
— Ты же не хочешь, чтобы мы ушли, правда же? — спросил я.
— Эй, ну, пожалуйста, перестаньте.
— В чем дело? — спросил Майк. — Мы даже не просили тебя снимать блузку, ты сама это придумала.
— Да, — добавил я. — Ты это начала.
Она прикусила нижнюю губу, и её взгляд переместился с меня на Майка. Наконец, она сказала:
— Если я это сделаю, вы вытащите меня отсюда? Больше никаких… глупостей?
— Конечно, — сказал Майк.
— Конечно, — подтвердил я.
Поморщившись, словно от боли, она расстегнула свои обрезанные шорты. Она не потрудилась расстегнуть молнию, но просунула большие пальцы под края шорт и потянула их вниз. Наклонилась, опуская их. Её груди слегка покачнулись. Когда джинсы были примерно наполовину спущены, она отпустила их, и они соскользнули к её лодыжкам. Она выпрямилась. Высвободила левую ногу. Правой ногой отбросила обрезанные джинсы в сторону. Затем она крепко сжала ноги вместе.
— О, Боже, — выдохнул Майк.
Я ничего не сказал.
Шанна, должно быть, провела некоторое время под солнцем в трусиках-бикини. В чрезвычайно откровенных. На её коже были узкие бледные полоски, спускающиеся наискось от бедер к центру, где завязки, должно быть, переходили в кусочек ткани размером ненамного большим повязки на глазу. Там её кожа была белой, покрытая золотистым пушком.