Рассказы полностью

Он охнул и шатнулся назад.

Спокойно! — сказал он себе. — Настал момент истины. Ты хотел её увидеть, она здесь.

Серебристая ткань, закрывавшая её лицо, блестела и колыхалась при ходьбе. Её волосы сияли в свете фонарей. Вместо шорт и блузки сегодня на ней было платье. В темноте оно казалось пурпурным и блестящим. Держась на плечах тонкими лямками, оно облегало грудь, сужалось на талии, стянутое пояском, и вновь расширялось на бедрах, ритмично покачиваясь с движениями её ног. Очень короткое. Ноги длинные и стройные. Она была обута в босоножки вместо кроссовок с носками.

Сердце Аллана громко стучало.

Да она просто потрясающая! Кроме этой чертовой маски. Какие же ужасы она скрывает?

Должно быть, она всё же сумасшедшая. Ни одна женщина в здравом уме не станет гулять по этим улицам в такой час — особенно в таком платье.

Что, так и будешь стоять и глазеть?

Он начал идти ей навстречу.

Босоножки тихо стучали по асфальту. Подол платья на короткие мгновения натягивался то слева, то справа, принимая форму выбрасываемого вперед бедра. Концы пояска болтались сбоку. Мягкая ткань сжимала её груди, которые подпрыгивали и колыхались при ходьбе.

Может, всё-таки проститутка.

Если так, то она могла носить маску сугубо с целью сокрытия личности. Или чтобы придать себе загадочный вид. Её лицо всё-таки может и не быть особенно ужасным.

Теперь Аллана отделяло от женщины всего несколько шагов.

Во тьме за прорезями для глаз он не мог разглядеть ничего, кроме крохотных пятнышек отраженного света. Смутные очертания губ виднелись сквозь прорезь для рта.

Надо что-то сказать. Извиниться. Как минимум.

Он шел прямо ей навстречу, и потому немного сдал правее. Её голова повернулась.

Он сумел изобразить улыбку.

Они поравнялись друг с другом.

Он вдохнул аромат её духов. Запах столь необычный и восхитительный, что заставил его громко вздохнуть и обернуться ей вслед.

Она остановилась, словно почувствовав на себе его взгляд.

— Прошу прощения? — произнес он.

Черт возьми, голос как у испуганного ребенка!

Она повернулась.

— Вы меня помните? — спросил он.

— О, да.

Её голос был низким, с хрипотцой. Невзирая на узкую прорезь для рта, маска колыхалась, когда она говорила, словно от легкого ветерка.

— Я… у меня, наверное… немного сдали нервы на прошлой неделе. Я очень рад, что снова вас встретил, — он пожал плечами. — Я хотел извиниться.

— Извиниться? За то, что убежал от меня? — спросила она.

— Мне очень жаль.

— Как тебя зовут?

Он замешкался.

— Аллан.

— Аллан, а дальше?

Она хочет знать мою фамилию? Боже милосердный, да она тогда сможет пробить меня через справочники, узнать, где я живу.

— Готорн, — соврал он. — Аллан Готорн.

Она шагнула к нему ближе, блестя маской и своим платьем, и протянула руку. Аллан пожал её ладонь. Но когда он попытался убрать руку, её пальцы сжались сильнее, удержав его теплой, крепкой хваткой.

— Я — Лигейя, — произнесла она.

Это имя его удивило.

— Серьезно? Лигейя? Есть такой рассказ у Эдгара По…

— Я знаю, — сказала она своим странным, приглушенным голосом.

— Мне очень нравится По.

— Тогда у нас есть кое-что общее. Пойдем со мной, — она потянула его за руку.

И не отпускала, медленно ведя его по тротуару.

— Эээ… А куда мы идем?

— А это важно?

— Не знаю.

— Ты волен уйти, если того пожелаешь.

— Нет. Нет, всё в порядке.

Она слегка кивнула, затем повернула голову вперед.

Аллан надеялся, что сможет заглянуть под её маску, но та изгибалась вокруг головы сбоку, скрывая черты лица почти до самого уха. Маска свисала с натянутого на лоб сложенного шарфа, завязанного на затылке. Серебристая ткань была заткнута за шарф, что позволяло ей свободно спадать на лицо, лишь немного топорщась на кончике носа. Её подбородок, похоже, вообще не касался материи.

Какое-то время они шли молча.

Но Аллану хотелось, чтобы она говорила.

Наконец, он сам нарушил молчание:

— Мне правда стало ужасно неудобно, когда я убежал.

Она остановилась и повернулась к нему лицом.

— Из-за этого, — произнесла она.

Её свободная рука поднялась к лицу. Кончики пальцев разгладили глянцевую ткань маски, прижимая её к голове. По мере того, как пальцы скользили вниз, маска отчасти отражала контуры лица под ней. Хотя глаза так и остались скрытыми, Аллан сумел распознать очертания тонкого носа и щек. На мгновение показались губы, обнаженные щелью для рта. Пальцы прижали ткань к маленькому выступу подбородка. Затем она выдохнула. Черты лица исчезли под серебристой рябью.

Аллан попытался сглотнуть. И пожелал, чтобы его сердце перестало так быстро колотиться.

— Я напугала тебя, не так ли?