Рассказы полностью

Трое на одного.

Тот, что был один — тощий как креветка парень — не владел ни дзюдо, ни карате, ни кунг-фу, и убежать тоже не мог, поэтому доставалось ему крепко.

— Кончайте, ребята! — крикнул я.

Они попытались, но шея Креветки оказалась крепче, чем выглядела.

Я вклинился в самую гущу сцепившегося квартета, затянулся сигарой и стряхнул пепел. Здоровенный мясистый персонаж держал Креветку за руки. Как только верзила почувствовал горячий кончик моей сигары в своем ухе, сразу отпустил дохляка и начал орать.

Его приятели отреагировали возмущенно. Один из них бросился на меня, вопя, как маньяк. Мои очки чуть не слетели с носа, когда я саданул его коленом так, что он сложился пополам. Другой парень вытащил восьмидюймовый нож и ухмыльнулся. А я достал "357 Магнум"^[7] и ухмыльнулся еще шире. Он оказался достаточно сообразителен, чтобы бежать от меня, как черт от ладана. Его кореша присоединились к нему.

Креветка, который всё это время просидел на тротуаре, благодарно мне улыбнулся. Однако улыбка вышла не особенно красивой — работали мышцы только половины лица.

Я поднес руку к голове, чтобы убедиться, что мой новый парик всё еще на месте. К этой штуке нужно было еще привыкнуть.

— Вызвать скорую? — спросил я.

— Нет, я в порядке.

Скорее всего, так оно и было. Молодые всегда быстро поправляются — еще даже не успел осознать, что пострадал, а уже как новенький.

Я убрал свой "Магнум" в кобуру, наклонился и помог Креветке подняться на ноги. Всё еще держа его за руку, я представился:

— Меня зовут Клэр, — как и ожидалось, Креветка криво ухмыльнулся. Действительно смешное имя, "Клэр". Я с силой сдавил его ладонь. — Услышал что-нибудь забавное?

— Нет, — вздохнул он. — Вовсе нет.

Его голос звучал сдавленно и натужно — так бывает, когда говоришь и стонешь одновременно.

— Как тебя зовут? — спросил я, не отпуская его руки.

— Оскар.

— Разве ты не хочешь поблагодарить меня, Оскар, за то, что я спас твою задницу?

— Конечно-конечно. Спасибо, Клэр.

— Ну, еще бы.

Он выглядел очень благодарным, когда я, наконец, отпустил его ладонь.

Я не был особенно рад возвращению в "Голубой Огонек". Ужасная выпивка, слишком много шума и дыма, и пара танцовщиц топлесс, которые пялились в потолок. Думаю, они надеялись, что он рухнет и этим развеет их скуку. Но к черту всё это — у меня были дела, и "Голубой Огонек" идеально для этого подходил.

Я вытер запотевшие очки, пока мы с Оскаром шли к дальнему столику в самом углу. Это был маленький приземистый столик, сделанный так, чтобы влюбленные могли сидеть очень близко, касаясь друг друга коленями. Креветка Оскар мне не нравился, поэтому я сел, выставив ноги в сторону. Когда пришла барменша с нашим пивом, пришлось их подтянуть. Но как только она ушла, я снова вытянул ноги.

— Как долго тебя не было? — поинтересовался я.

— А? Что ты имеешь в виду?

— Давно от Хозяина? У тебя на лице написано, что только что получил справку об освобождении.

Он сузил глаза. Или, по крайней мере, один из них. Второй был опухшим, побагровевшим и таким узким, насколько это вообще возможно.

— Ты коп? — спросил он.

— Это вряд ли.

— Тогда почему носишь ствол?

— Он заставляет меня чувствовать себя увереннее, — сказал я и сделал глоток пива. У него был кисловатый привкус. — Вообще-то ты должен быть рад этому, приятель. Если бы я был пустой, то, увидев, как те трое придурков пошли отсюда следом за тобой, скорее всего не стал бы вмешиваться.

— И всё-таки, почему ты мне помог?

— Потому что у меня золотое сердце. А еще потому, что у меня глаз-алмаз, и мой наметанный глаз подсказывает мне, что ты именно тот парень, которого я ищу. Итак, как долго ты на воле?

— Уже два дня. После девяти лет за решеткой.

— Я называл Соледад^[8] домом в течение двенадцати лет. Но это было очень давно — единственный раз, когда они смогли что-то доказать.

— Да ладно? — его уцелевший глаз смотрел с явным интересом.

— Точно тебе говорю. А тебя на чем повязали?

— Посчитали, что я приласкал одну цыпочку без её согласия.

— Что, изнасилование?

— Так они это назвали.

— А ты это так не называешь?

— Черт, конечно нет. Ты что, думаешь, я должен изнасиловать телочку, чтобы получить то, что мне надо? Да она сама хотела и была готова на всё.

— Хотела, да? И за это тебя отправили на зону на девять лет?

— Ну, когда брали, у меня был нож. Такие дела.

— Ты порезал её?

— Ни за что! — Оскар выглядел оскорбленным.

— Почему бы и нет? Когда-нибудь видел, чтобы прокурор вызывал на допрос труп?

— Эй, чувак, ты говоришь об убийстве. Это не для меня. Спасибо, но нет.

— Ты что, никогда никого не мочил?

— Я? Эй, не было такого.

Я ухмыльнулся сквозь дым своей сигары и сказал:

— Это хорошо, Оскар. Мне не нравится работать с парнями, которые могут превратить простое вооруженное ограбление в убийство.

— О чем это ты? — его голос звучал подозрительно, но очень заинтересованно.

— Может быть, ты мне пригодишься.

— Для чего? — парень наклонился вперед.