Итак, впечатления от посещения этих двух зоопарков, Дадли и Лондонского, объединились у меня в голове, и я начал создавать «эйкмановскую» среду для рассказа. Хотя Эйкман известен своим загадочным подходом к рассказам о фантастическом и сверхъестественном, я заметил в его прозе эротический подтекст — даже намек на нечто, граничащее с фетишизмом. Подозреваю, что ему нравились гламурные, интеллигентные женщины и их наряды. Этот аспект делает его прозу богаче и интереснее в психологическом плане, и именно это впечатление от его рассказчиков послужило источником вдохновения для создания образа М. Л. Хаззарда, моего любителя переодеваний и астральных путешествий, а также лидера культа в книге «Под неусыпным надзором».
В рассказах Эйкмана также часто встречаются едкий юмор и сардонические комментарии о состоянии мира и обитающих в нем людей. Я хотел, чтобы толика этих качеств просочилась в мою собственную историю, и также отважился добавить его стиля, но не настолько, чтобы меня могли обвинить в копировании.
Кроме того, как и в рассказах Эйкмана, не ждите здесь разгадки тайны, хотя я, наверное, раскрываю больше, чем он. Но основная загадка заключается в следующем: почему Сестры Белого Креста (которые упоминаются в одном рассказе Эйкмана и используются здесь как дань уважения) убивали животных в зоопарке? И какую заразу привели в его руины своими заклинаниями? Я подбросил намеки на их причудливую теологию, в которой уделяется большое внимание Эдемскому саду, но счел, что лучше оставить это откровение нераскрытым. Загадка жизненно важна для хоррора, но я не перестаю удивляться тому, как много читателей ужасов не ценят это качество. Почитав десять минут рецензии на «Амазон», автор загадочных ужасов может почувствовать себя нелюбимым, недооцененным и одиноким.
«
«
Мне же мою посылку и затравку прислал писатель и редактор Конрад Уильямс. Он собирал антологию под названием «Мертвые письма» для издательства Titan Books, и приглашенные авторы должны были написать тематический рассказ о реальном предмете из «потерявшейся» посылки, отправленной им Конрадом. Угадайте, что я получил?
Это были женские наручные часики: дешевые, потертые, потускневшие и не работающие. В чем-то они напомнили мне хоррор, присущий именно моей стране.
Этот рассказ также основывался на исследовании, которое я провел для своего романа «Никто не уйдет живым». В той истории я изучал внутренние ужасы Великобритании, обычные страхи, исходящие от обычных предметов и обычных людей. Избегая традиционных призраков, легенд, готики и исторических мест с привидениями, я хотел попробовать усовершенствовать и выделить то, что находил в своей стране гротескным, удручающе обыденным и непреднамеренно мрачным. По сюжету обычные люди, обитающие в ничем не примечательной обстановке, переживают необычные события. Данный рассказ являлся продолжением того эстетического замысла.
Это также история неблагополучных отношений, в которых два ненавидящих друг друга человека удерживаются вместе какой-то странной, невыразимой силой. Насилие в семье — бич нашего времени, но я хотел изменить привычные роли и сделать женщину садисткой, тираном и агрессором, а фигуру мужчины, наоборот, причудливо уменьшить, превратив в нечто вроде затравленного слуги. Его сексуальная ориентация тоже извратилась, и женское доминирование стало для него фетишем.
Проработав одиннадцать лет редактором эротической прозы, я уже перестал удивляться тому, насколько изощренными и извращенными могут быть сексуальные фантазии. Как ни странно, большая (и лучшая) часть художественной литературы, представляемая мне писателями-мужчинами, демонстрировала фиксацию на унижении мужчин на фоне расширения прав и возможностей женщин. Ясно, что в этой истории своеобразный след оставила моя прежняя редакторская роль. Это еще один случай, когда я исследовал компрессированный драматизм и напряженность в плохих отношениях, из которых не могут вырваться оба сожителя. Уверен, что все мы бывали в подобном положении.