— Так я и думал, — сказал я, — Убили?
— Не слишком ли много вы думаете?
— А почему бы нет? — Я пожал плечами. — Я знаю, что мистер Маринер боялся за свою жизнь. Поэтому он и бежал из города в город, поэтому окопался здесь. Он весь посинел, когда я заговорил с ним, и признался мне, что они его ищут. Я не понимал, о чем он толкует, пока не появилась мисс Фейрборн. Он испугался во сто крат сильнее и все-таки пошел за нею. Как видите, проясняется. Разве нет? И вы, и я охотимся за одним и тем же — за секретом, каким образом он сумел в короткий срок загрести такую кучу денег. Только я работал один и собрался уладить это дельце тихо-мирно. Вы же объединились и нажимали на Маринера. Вы запугали его, хотели убить. И, наверное, убили, не знаю только, как вы рассчитываете выйти сухими из воды.
Я сделал паузу, и вдруг новая мысль пронзила меня.
— Как же вам удалось вытравить его фамилию из отчетов нашей компании? Тоже гипноз… те же методы, что и здесь в отеле?
Мисс Фейрборн кивнула.
— У нас есть соучастники во всех больших городах.
— М-да, это влетает вам в копеечку. Конечно, если дело идет о пяти миллионах…
— Умножьте на десять, — сказал Гарри. — Маринер лишь немного подработал на стороне, когда решил, что улизнул от нас.
— От вас?
— История ваша не совсем верна. У нас у всех одни и те же хозяева.
— Синдикат? — спросил я.
— Не такой, как вы думаете. Это группа биржевиков. Неважно, кто они такие. Скажем, богатые и влиятельные люди, которые хотят быть еще богаче и еще более влиятельными. Они получают многие негласные сведения насчет биржевых операций, но существуют законы, которые ограничивают возможности их собственных компаний спекулировать. Так вот, эти воротилы замыслили объединить свои ресурсы, а чтобы обойти закон, создали частную организацию, которая и производила для них сделки. При условии секретности можно заработать десятки миллионов в год. Нужно только иметь подставное лицо.
— Маринера?
— Точно. Человека без роду и племени. Кого-нибудь, кто выполнял бы их приказы, и еще несколько обученных людей вроде нас, чтобы следили за ним и поймали, если бы он вздумал улизнуть. Несколько лет дело шло как по маслу. Он заработал для них не меньше пятидесяти миллионов на одних только акциях и облигациях.
— Но никто не может загребать столько денег, чтобы о нем не писали газеты, — сказал я. — А я ведь никогда не слыхал о Маринере. Натолкнулся на его след только три месяца назад, и то как на скромного вкладчика.
— Точно. Маринером он стал три месяца назад. За эти годы ему раз шесть меняли фамилию. План этих биржевиков отчасти в том и состоит, чтобы скрывать личность спекулянта. А часть нашей работы — после того, как ему меняли фамилию, — вычеркивать его из памяти людей. Я уже говорил вам, такие агенты, как мы, рассеяны по всей стране.
Потом, месяца три назад, — продолжал Гарри, — он решил изменить имя на свой страх и риск. У него было порядочно сведений — ему сказали наперед, какие акции покупать и куда вкладывать вырученные деньги. Он ускользнул от нас, чтобы работать на себя. Назвался Маринером и начал ловчить в разных городах. За девяносто дней он отхватил почти пять миллионов. И тут мы его выследили.
Гарри снова потер себе подбородок.
— Почему вы все это мне рассказываете? — спросил я.
Он ухмыльнулся.
— Потому что мне нравится ваше лицо.
— Не собираетесь же вы убить и меня? — сказал я. — Вам не выкрутиться, если убьете.
— Верно. — Он отвел револьвер от моих ребер и протянул мне. — Можете взять.
— Но…
— Берите. Он и не заряжен. К тому же это ваш. Нашел у вас в чемодане.
— Почему же?..
— Я, пожалуй, догадываюсь, что надумал Гарри, — сказала мисс Фейрборн и улыбнулась мне. — Он предлагает к нам присоединиться, Правда, милый?
— Именно, — подтвердил Гарри.
— Понимаете, — сказала она, — нам теперь нужен кто-нибудь вместо Маринера. А вы, кажется, одиноки…
— Точно. — Гарри удовлетворенно кивнул. — Идеальная кандидатура.
— А если мне эта идея не нравится? — возразил я.
— Чепуха. Для чего же тогда вы гонялись за Маринером? — сказала мисс Фейрборн. — Вы же мечтали загребать миллионы! Вот вам возможность свою мечту осуществить. С нынешнего дня вы только это и будете делать. Переезжать из города в город — под разными именами, конечно, — и вести крупную игру на бирже. К концу первого года вы, наверное, заработаете столько денег, сколько еще никому не удавалось. Можно ли требовать от жизни большего!
— Но мне не дадут воспользоваться этими деньгами, — сказал я. — Я буду вынужден жить взаперти в отелях, а люди, подобные вам, день и ночь будут шпионить за мной, следить за каждым моим шагом.
— Расплата за богатство, — вставила мисс Фейрборн.
— Вы лишите меня всего на свете, даже имени. У меня не будет ни друзей, ни знакомых, вы уничтожите даже память обо мне.
— А разве не романтично быть человеком таинственным? — спросила мисс Фейрборн.
— Я себе это представил, — сказал я. — И мне не нравится. Не нравится ваше предложение, и не нравитесь вы оба. А что помешает мне уйти отсюда, отправиться в полицию и изложить всю вашу историю? Может быть, я даже помогу им найти тело Маринера.
