– У какого врача?
– Да у своего терапевта. Ты его знаешь. Утром ему позвонил и он согласился меня принять. Не волнуйся, наверняка ничего особенного. Как только приеду на работу, позвоню.
В трубке раздались короткие гудки.
«Так я и знала, вернее, чувствовала. Ну, ничего, главное, он у врача. Сейчас все проверят, выпишут ему какие-то лекарства, и все будет в порядке», – успокоила себя Алена.
Но успокоиться не удалось, и Алена решила съездить к врачу, подождать Сашу там. Въезжая во двор здания, где находился кабинет врача, чуть не столкнулась с машиной скорой помощи, оглушившей ее сиреной. Сашина машина стояла на парковке. Увидев ее, Алена сразу успокоилась. «Успела, он здесь. Сейчас я его увижу и все узнаю», – с облегчением подумала она, входя в приемную врача. Вскоре из его кабинета вышла медсестра.
– Вы кого-то ищете? Я могу вам помочь?
– Нет, нет, спасибо.
«О чем я могу ее спросить? Что с господином, которого принимает врач? А она в ответ поинтересуется: вы кто ему, жена? Нет, лучше не спрашивать. Просто подожду во дворе. Почему он так долго сидит у врача? Наверное, еще какие-то обследования делают».
Время шло, а Саша все не выходил. С момента его звонка прошел почти час. На работе ее могли хватиться в любой момент, она убежала, никого не предупредив. Но ничто не могло ее заставить уйти, не повстречавшись с Сашей и не убедившись, что с ним все в порядке.
Зазвонил ее мобильный. Голос Саши был напряженным.
– Ален…
– Чего же ты так долго, я во дворе жду, – перебила его Алена.
– Да я уже не там.
– Не здесь? А где же?
– В больнице.
– Как – в больнице? – все еще не понимала Алена.
– Ну, так… Кардиограмма оказалась не очень. Врач – перестраховщик, сколько я ни сопротивлялся, отправил меня в госпиталь. На скорой, представляешь. Идиотизм какой-то. Ну, ничего, здесь нормальные врачи. Обещали какое-то обследование провести, а потом отпустят. Ты езжай на работу. Я как выйду, сразу позвоню.
– Конечно, я за тобой приеду. Буду ждать звонка.
– Все, больше не могу говорить. Пока.
Алена вернулась на работу. Там уже успела накопиться куча дел. И к лучшему – это позволило хоть немного отключиться от мыслей о Саше. В три зазвонил телефон и, взяв трубку, она опять услышала знакомый голос, но что-то сразу же насторожило ее. Пожалуй, какая-то новая интонация, а скорее, сквозившая в голосе неуверенность, столь несвойственная Саше.
– Малыш, ты только не волнуйся, пожалуйста.
– Что случилось?
– Ничего страшного… Но я остаюсь в больнице.
– Почему?
– Ну, им не понравилось что-то в сердце, говорят, артерии забиты…
– Надо лечить?
– Да, надо делать операцию.
– Как операцию? Когда?
– Сегодня, в пять часов, самое позднее, в шесть.
– Сегодня! Не может быть! Значит, это серьезно. Какая операция – на сердце?
– Да. По полной программе.
– На открытом сердце?
– Вроде бы… Но, говорят, будет оперировать их лучший хирург, так что все в порядке.
– А где ты сейчас? К тебе можно приехать?
– Нет, что ты! Меня уже начали готовить, какой-то гадости надавали, успокоительного. А я и не волнуюсь совершенно.
– А звонить можно?
– Нет, у меня сейчас мобильный заберут.
– А как же я узнаю?
– Ну, звони в центральную справочную, где-то после десяти. Они скажут, как прошла операция. Малыш, я больше не могу говорить, сестра пришла, еще что-то делать будет. Пока.
– Сашенька, я тебя целую, все будет хорошо, вот увидишь, я с тобой. Я люблю тебя.
– Я тебя тоже…
Алене хотелось еще что-то сказать, ей казалось, она забыла самое главное, но в трубке уже звучали гудки. Голова вдруг как-то странно опустела, казалось, внутри нее – огромное, ничем не заполненное пространство. И там, как мотыльки, забравшиеся внутрь лампы, бились одни и те же мысли: «Сашу будут оперировать. Как же так! Это невозможно! Почему именно его? Что делать?» Она вскочила. Надо ехать. Туда, в больницу, она должна быть там. Может быть, еще удастся увидеть его…
Выглядела она, должно быть, ужасно, потому что начальник, взглянув на нее, сказал:
– Тебе нехорошо? Опять мигрень? Конечно, поезжай домой.
Последний год ее действительно часто мучили затяжные головные боли, от которых не спасали даже самые сильные лекарства.
Она неслась по улицам так, как никогда в жизни не гоняла. Слава богу, движение в это время еще было не слишком интенсивным, разъезд с работы – не раньше чем через час. До больницы вместо обычных сорока минут она доехала минут за двадцать. В голове по-прежнему была удивительная пустота. Добежала от парковки до здания больницы. Влетев в приемную, кинулась к справочному окошку и, судорожно хватая воздух ртом, спросила.
– Вы не подскажете, где находится Александр Смирнов? Его должны оперировать.
– А вы кем ему приходитесь?
– Знакомая, коллега, – соврать почему-то не хватило физических сил.
– А мы даем справки лишь родственникам.
– Как же так? Я приходила сюда раньше к друзьям.
– Вот после операции, когда он будет в обычной палате, – никаких проблем. Такие правила.
– А как мне узнать об операции?
– Звоните его родственникам.