- Как-нибудь в другой раз, - пробормотал я. - Теперь надо идти. У меня свидание вслепую.
- Должно быть, так оно и есть, если она встречается с тобой, - возразил Фип. Я попытался увернуться, но его вытянутая нога толкнула меня обратно на стул.
- Теперь тебе удобно, - сказал Левша Фип. - Так что будь добр выслушать мой замечательный рассказ.
И пока я хлопал ушами, Левша Фип щелкнул языком и начал говорить.
Все началось на прошлой неделе, когда я прогуливался по улице, наслаждаясь солнцем и свежим воздухом. С таким же успехом я мог бы наслаждаться солнцем и свежим воздухом, поскольку моя хозяйка выставила меня из комнаты. Кажется, в последнее время я не вносил арендную плату, но это не беспокоит меня и вполовину так, как прогулки. Видишь ли, я шел на четвереньках. Пытался выглядеть как собака, чтобы кредиторы меня не узнали. В данный момент я присел на корточки рядом с фонарным столбом, проклиная имя Болтуна Гориллы. Это не первый раз, когда я упоминаю имя Гориллы всуе, потому что он много раз обманывал меня. Но его последняя уловка оказалась хуже всего — вот причина, почему я попал в столь скверное положение.
Потому что Горилла недавно прикупил себе скаковую лошадь. Естественно, он рассказывает мне об этом, и я осмотрел покупку. По мне, так у клячи были все признаки фальшивого пони, и я так и говорю Габфейсу. Он сердится и предлагает мне сделать небольшую ставку против лошади, если мне это не нравится.
Что я и делаю, поставив на фаворита в гонке на следующий день. А лошадь Гориллы обогнала фаворита. Я не могу этого понять, потому что его лошади самое то таскать молочные фургоны. На следующий день я снова ставлю, и появляется лошадь Гориллы, выигрывая забег. То же самое повторяется и на следующий день. В результате я на мели. И только начинаю понимать, почему. Горилла хитрее японского дипломата, и теперь я понимаю, что он, должно быть, накачивает лошадь какими-то препаратами. Кроме того, он использует легкого жокея и взвешивает его со свинцом в ушах и рту. Это я понимаю. Но я также понимаю, что уже слишком поздно что-либо с этим делать. Горилла все еще выигрывает гонки, и все, что я могу сделать, это бегать от моих кредиторов.
И вот я сижу на корточках у фонарного столба и думаю, не найти ли где-нибудь кость. Потом я случайно поднимаю глаза и вижу знак «ИНСТИТУТ ЛОШАДИНЫХ КРЕКЕРОВ». И вдруг я вспоминаю, что именно здесь устроили свою лабораторию Сильвестр Скитч и Мордехай Митч. Это пара ученых - два профессора на вольных хлебах. Они всегда выдумывают какую-нибудь дурацкую идею или теорию, и я случайно вспоминаю, что однажды получил от них пятьдесят баксов, когда помогал в эксперименте. Эксперимент не удался, но и я тоже — и все равно я получил свои пятьдесят.
Это наводит меня на мысль. Почему бы не заглянуть в Институ и посмотреть, чем они сегодня занимаются? Я встаю с колен, спустя пару минут поднимаюсь по лестнице и вхожу в лабораторию. Внешняя комната пуста. Поэтому я толкаю другую, внутреннюю и заглядываю туда.
Сильвестр Скитч и Мордехай Митч склонились над большим белым столом. На них темные очки и ночные рубашки, которые зовутся халатами. На стол падает яркий свет, в их руках ножи и пилы. Скитч что-то зашивает и бормочет себе под нос. Я подкрадываюсь на цыпочках и заглядываю им за плечи. Потом делаю глоток. У них на столе лежит тело и они его зашивают! Совершенно точно - на столе лежит парень, и ему зашивают шею крестиком!
- Великий Гиппократ! - бормочу я.
Скитч и Митч оборачиваются. Их очки сверкают. Потом они узнают меня. Митч улыбается.
- Да это старина Фип! – говорит он. - Рад снова тебя видеть.
Я могу только смотреть на тело на столе.
- Что за шведский стол в морге вы тут устроили? – задыхаюсь я.
- Ничего, - отвечает Митч. - Как наш пациент, Скитч?
- Отлично.
- Пациент? - говорю.
- Ну, ты можешь назвать его и так. - Митч оборачивается. - Готов встать?
Я вижу, что парень на столе улыбается. Он кивает, когда Митч говорит с ним. Я стою и жду, когда его зашитая голова отвалится, но этого не происходит. Вместо этого парень садится, потом встает. Как и мои волосы.
- Фип, - говорит Скитч, - пожми руку Роберту.
Я смотрю на Роберта. Он стоит неподвижно с очень деревянной улыбкой на лице. Но он протягивает руку, которую я хватаю и очень осторожно встряхиваю. Он перестает пожимать руки. Затем я смотрю на свою руку, чтобы увидеть, что я держу. Да это его рука! Она оторвалась на плече!
- Черт побери! - кричит Митч. - Ты недостаточно крепко закрепил ее!
Он хватает Роберта за руку и снова швыряет на стол. Скитч подбегает с большой банкой клея и другой иглой. Я не могу смотреть на это и закрываю глаза.
Через некоторое время Скитч похлопывает меня по плечу.
- Ку-ку, - говорит он. - Теперь можешь выходить. Все хорошо.
- Все в порядке? - говорю. – А отрывать людям руки - это нормально? Наверное, я и не подозревал о своей силе.
Скитч смеется.
- Посмотри, - указывает он. Я смотрю. Роберт снова на ногах и его рука снова на месте.
- Улп! - замечаю я.
Митч хихикает.
- Удивлены, - усмехается он. - Думаете, что Роберт - человек, а?
- А кто же еще?
