Как я уже упоминал, перед домом росла высокая норвежская ель, густые ветви которой касались стен дома, а тонкая вершина доходила до окна моей комнаты. Я взобрался на дерево без особого труда, так как густо растущие сучья и прямые ветви образовывали своего рода лестницу. Взобравшись по ней, я прижался лицом к окну, которое как я думал, было от хозяйской спальни. Но, по несчастью, шторы были так плотно задернуты, что я не мог разглядеть интерьер комнаты.
Однако эта неудача не обескуражила меня, и я начал думать о том, как лучше всего попасть в комнату, не оставляя следов взлома.
Когда я был погружен в свои медитации, сидя на дереве, подобно новому Робинзону Крузо, я случайно заметил слева от большого окна небольшое окошко. Оно было квадратное по форме и, казалось, соседствовало с хозяйской спальней.
Я забрался на дерево немного выше, пока мои глаза не оказались на одном уровне с окном, и попытался заглянуть внутрь. Но зеленая крона над моей головой была настолько густой, что я ничего не смог увидеть. Мне пришлось раздвинуть ветки, закрывавшие обзор и снова предпринять попытку заглянуть в квадратное отверстие.
Через некоторое время, когда мои глаза привыкли к темноте, я понял, что мои прогнозы оправдались. Маленькое окошко освещало чулан площадью около двух квадратных метров. Мне даже показалось, что я смог различить черное пятно на левой стене, отмечавшее место, где чулан сообщался со спальней.
Вскоре мой взгляд привлекло еще одно беловатое пятно в темном углу, причудливой и неточной формы. Можно было бы предположить, что это огромная паутина.
Присмотревшись лучше, я понял, что это был скелет.
Зрелище удвоило мой энтузиазм и подогрело любопытство. Мне надо было любой ценой попасть в таинственную комнатушку. После нескольких минут размышлений я разработал план, который позволил бы получить доступ, не оставляя никаких следов моего присутствия.
Я срезал ножом одну из смолистых сухих веток и поджег ее зажигалкой. Затем я поднес горящий факел к себе. Окно состояло из четырех небольших стекол, установленных в свинцовых рамах. Я использовал пламя, чтобы довести кончик ножа до белого каления, и приложил режущую кромку к свинцу. И только после нескольких безуспешных попыток я, наконец, увидел, как свинцовая рама упала на подоконник.
Я осторожно поднял стекло и положил его на подоконник, с мастерством опытного грабителя. Просунув руку в отверстие, я повернул ржавый болт, запирающий раму. Окно открылось, и гнилостный запах ударил в мои ноздри.
