Расставание из ада полностью

– Что ж, это мой городишко, и я сделаю что угодно, чтобы защитить его. Даже если это значит сразиться с такой сукой, как ты.

Глаза Роны снова вспыхивают красным цветом, и она набрасывается на меня.

Я поднимаю меч и думаю о маме, о том, что Рона забрала у меня. Я доверюсь силе, как сказала мама. Как только Рона приближается, я уклоняюсь вправо, подныриваю под ее руку и вонзаю Фу-эго в бок Маркиза, просовывая лезвие ей между ребер.

Я выдергиваю меч и наблюдаю, как Рона опускает глаза и понимает, что я сделала. Она смотрит на Фуэго, и ее лицо в буквальном смысле вытягивается, человеческий облик спадает, как кожа с цыпленка, оставляя после себя череп с длинным заостренным носом. Человеческая оболочка собирается у ее ног, и огромный, согнутый, похожий на грызуна скелет застывает на секунду, его пустые глаза поворачиваются ко мне, а затем она превращается в кучку черного пепла.

Я мгновение смотрю на то, что осталось от Маркиза Ада, затем подхожу и плюю в пепельно-черную кучу.

– Увидимся в аду, сучка! – говорю я, затем разворачиваюсь и направляюсь к лестнице… к главному событию.

Я чувствую присутствие Сэма в ту минуту, когда заворачиваю за угол лестницы. Я глубоко вдыхаю и торжественно делаю последние шаги, выпрямив спину и держа меч наготове рядом с собой. Как раз в этот момент из динамиков начинает греметь ремикс «Soy El Diablo» Бэд Банни, словно это моя вступительная песня, вибрация от партии акустической гитары разносится по всему зданию.

О нет, он не убьет мою любовь к пуэрториканскому исполнителю.

Она слишком глубоко укоренилась во мне.

Добравшись до верха, я вижу, что в задней части концертного зала темно, ряды стульев очерчены слабым оранжевым светом, льющимся из окон. Поначалу зал кажется пустым, но, присмотревшись повнимательнее, я вижу очертания сотен пар заостренных ушей над спинками всех без исключения кресел. В довершение всего, они раскачиваются из стороны в сторону в такт музыке, словно сцена диснеевского фильма перенеслась в ад. Так вот куда подевались теневые демоны. Они смотрят на освещенную сцену, Сэм сидит в ее центре на большом троне, оставшемся от осенней постановки «Гамлета» Театральной гильдией Стоу.

Настоящий Сэм такой изощренный.

Он откидывается на спинку трона, перекинув одну ногу через подлокотник, со скучающим видом печатая что-то на своем телефоне. Вся сцена, в комплекте с демонической аудиторией, могла быть забавной, если бы не то, что находится справа от него.

Или кто.

Абуэла в двух ярдах от него. Рядом расположен стул, но она стоит прямо и гордо, сложив руки перед собой, с покорным, но сердитым выражением лица. Я испускаю долгий вздох. Слава богу, она не выглядит раненой. Но на шее у нее красуется широкий золотой металлический ошейник, а от него по полу тянется массивная цепь, которая обматывается вокруг трона Сэма.

Я шагаю по центральному проходу, а сотни затененных глаз следят за мной.

– Что-то ты долго, – лениво произносит Сэм со своего насеста, сбрасывая ногу с подлокотника и упираясь локтями в колени, чтобы видеть, как я подхожу к нему.

– Отпусти. Ее. – Мой голос звучит громко и уверенно.

Он поднимает палец.

– Подожди секунду. Нужно выключить музыку. – Он ухмыляется. – Тебе понравилась песня?

– На мой вкус, слишком прямолинейно.

– Иногда я не могу сдержаться. – Он пожимает плечами. – Так на чем мы остановились?

– Отпусти ее, Сэм.

– Нет, этого не будет. По крайней мере, пока мы не поговорим. – Он оглядывает меня с головы до ног, когда я выхожу в луч прожектора на сцене. – Я хотел сказать тебе раньше, в закусочной, но ты отвлекла меня. Мне нравится наряд девочки-воительницы из католической школы. В нем ты похожа на Баффи и очень сексуальна!

Чертова форма.

Он сосредоточенно смотрит на меня.

– В тебе кое-что изменилось. Ты выглядишь… старше, чем когда мы виделись пару часов назад. Ты связалась с предками, верно?

Я молчу, не желая играть в его игры. Добираюсь до первого ряда стульев и останавливаюсь. Я игнорирую лица демонов по обе стороны от меня, ожидающих увидеть, что я буду делать, как будто я – часть шоу. К сожалению, думаю, это так. Но не по своей воле.

Его взгляд скользит вниз, к Фуэго, лежащему у меня на бедре.

– И вот он. – В глазах Сэма появляется тот же жаждущий блеск, что и у его сестры.

Я немного приподнимаю меч, чтобы свет отразился от его лезвия.

– Что? Эта старая вещица? – Я дразню его, и он окидывает меня пристальным взглядом.

– Поняла наконец? Все просто. Твоя задача – отдать его мне. И вот ты здесь.

– О, он не для тебя. – Я перевожу взгляд на бабушку: – Абуэла, estás bien?[40]

– Sí, m’ija, pero esto malcriado es loco[41] . – Она указывает на Сэма.

Тот поворачивается к ней, словно его оскорбили.

– Вы думаете, я не понимаю? Уверяю вас, абуэла, puedo hablar todos los idiomas[42] , – говорит он с элегантным кастильским акцентом и кланяется.