Оксана была родом из Подольска и к 38 годам для женщины, большую часть жизни прожившей в провинции, добилась очень многого, если не считать отсутствие детей, но и для этого казалось ещё не поздно. Во времена юности она не могла и мечтать о том, как будет жить в элитном доме в центре столицы, ездить на дорогой машине и в месяц зарабатывать больше, чем ранее ей хватило бы на год безбедного существования, особенно учитывая, что ровным счётом ничем не выделялась из толпы кроме приятной внешности и покладистого характера, который выстрадала в себе лишь в зрелом возрасте, и не потому, что считала это правильным, а по причине внешних обстоятельств. Жёсткая самодисциплина ни к чему хорошему не приводит особенно в эмоциональном плане, однако до серьёзных проблем ей было далеко, а вот внешность неуклонно угасала. Вследствие занятости и работой, и домом Оксане приходилось уделять себе не столько времени, сколько хотелось. Она могла бы пожертвовать своей карьерой, поскольку её заработок не имел существенного влияния на состояние семьи Безродновых, но, наученная жизнью, никогда бы не решилась на такой шаг: если с Геннадием что-то случится, женщина окажется на улице и без гроша в кармане, ведь он наверняка завещает всё детям. Впрочем, в её увядании занятость была не главной, возраст брал своё, морщины ещё не проступили, но многочисленные родинки с головы до ног покрывали тело, приходилось накладывать много тонального крема, чтобы скрыть дефекты кожи; несмотря на стройность выдающиеся части фигуры потеряли упругость, от чего она расстраивалась вне всякой меры; несколько раз испытав серьёзные проблемы со здоровьем, в том числе женские, причём будучи замужем за Геннадием, Оксана скрыла их ото всех, по большей части, чтобы самой от них скрыться.
Вне зависимости от того, что ей пришлось пережить, женщина была довольна нынешней жизнью. В свои годы об одиночестве она узнала столько же, сколько о заботе близких, то есть весьма немного, и сейчас в полной мере применяла полученные знания на практике. И с чего ей было учиться? Похороны родителей, случившиеся не так давно, не всколыхнули её нынешних домочадцев. Геннадий, конечно, помог, чем смог, и его помощь оказалась существенной, но и падчерица, жившая с отцом и мачехой бок о бок, и пасынок, учившийся, правда, в то время заграницей, узнали о них, только как о свершившемся факте, и душевного сочувствия кроме дежурных соболезнований не выказали.
Оксана являлась поздним ребёнком в семье и к моменту зрелости её родители были уже в летах. Сначала умер отец, Антон Сергеевич, в возрасте 68 лет. После выхода на пенсию, а работал он токарем на оружейном заводе, мужчина стал злоупотреблять более обычного, не найдя себе применения на покое, и допился до инсульта. Если бы он жил в Москве, его, возможно, поставили бы на ноги, но в городской больнице не смогли оказать всей необходимой помощи; выписавшись и снова потянувшись за бутылкой, отец Оксаны был обречён. Её мать, Мария Степановна, казалось, смирилась со смертью мужа, одиночество она переживала легко, имея много родственников, разбросанных по разным городам России, к которым с момента увольнения (в одно время с Антоном Сергеевичем и из той больницы, куда его впоследствии привезли с инсультом, где работала акушеркой) женщина выбиралась хотя бы раз в год. Но в силу возраста её активность постепенно сходила на нет. Съездив к младшей сестре во Владимир в 2011 году в последний раз, Мария Степановна решила более не покидать дома, поездка далась ей очень тяжело. Медицинский опыт натолкнул на мысль о болезни, но обследоваться и лечиться женщина не стала и в тот же год угасла, утаив от дочери свою беду. После случившегося Оксана никак не могла понять, почему мать так с ней поступила, ощущая из-за её смерти горе, смешанное с досадой за своеобразное предательство со стороны последней.
