– Девушка по имени Адила действительно была у меня, – быстро, будто опасаясь, что Юлдуз передумает его слушать, затараторил Фазил, – я хотел оставить ее себе. Но одна из моих рабынь, набросилась на покупателя из Афин и расцарапала ему лицо. Что бы избежать неприятностей, мне пришлось отдать ему Адилу за совсем небольшую цену. Я потерял огромные деньги.
Торговец засопел, вспомнив финансовые потери.
– Бедненький…, – потянула Юлдуз, нежным голосом, – обидел его нехороший дяденька. Денюшки не додали.
Она резко дернула веревку, подвесив работорговца, так, что он мог касаться пола только пальцами ног.
– Стоило бы тебя полностью подвесить, – сказала она, прочно закрепляя конец веревки, – но пока не буду. И запомни, что стоит мне только намекнуть визирю, и с тебя живьем кожу снимут.
Она подошла к столу, захлопнув крышку ларца.
– А камушки я заберу. Ты ведь не возражаешь?
Мило улыбаясь, она взглянула в лицо работорговца. Тот старательно закивал.
– Вот и хорошо. Я, правда, не достойна такого подарка, но раз ты так настаиваешь…
Девушка сгребла шкатулку и тихо выскользнула за дверь.
Когда Гордеев вернулся в свои покои, купленных им рабынь уже доставили. Они сидели на ковре в углу одной из свободных комнат, насторожено взирая на открытую дверь, мимо которой то и дело проходили спецназовцы.
Бедные, забитые почти дети, готовые выполнять все приказы и желания, с покорностью ждали своего нового господина. Каждая надеялась, что он окажется лучше предыдущего, но судя по их затравленным взглядам, особенно на это они не рассчитывали. Слишком богатый опыт они получили в своей не продолжительной жизни, вынося унижения и всяческие издевательства.
Быстрым шагом, Дмитрий вошел в комнату и остановился напротив жавшихся друг к другу наложниц. Увидев нового хозяина, они мгновенно вскочили, со страхом глядя на плеть, которую Гордеев продолжал держать в руке. Проследив за их взглядом, Дмитрий печально улыбнулся и резким движением отбросил плеть на стол. Затем он вновь повернулся к стоящим возле стены, девушкам.
– Как тебя звать? – спросил он, глядя на самую старшую рабыню, которой, на вид, врятли исполнилось восемнадцать лет.
– Гузеля, – попыталась улыбнуться девушка.
– Подойди, – велел Дмитрий.
Черноволосая Гузеля, покорно подошла, опустив голову и не смея смотреть в лицо господина. Мешковатое платье спало у нее с одного плеча, на половину обнажив упругую грудь. Но девушка даже не попыталась подтянуть его. Гордеев приподнял ее голову, заглянув в большие карие глаза.
– Тебе не стоит бояться меня, – как можно ласковее улыбнулся воевода, – скоро я отправлю вас на родину…
– Не делайте этого, господин, – неожиданно упала на колени Гузеля, обхватив ноги Дмитрия. Не ожидая такой реакции, Гордеев даже попятился, но девушка крепко держала его ногу, прильнув губами к сапогу.
– Но почему? – изумился Дмитрий.
Юная рабыня подняла глаза полные слез.
– Там сейчас монголы, – прошептала она, давясь слезами, – они жестоко мучают рабов, убивают за любую провинность. Лучше умереть, чем вновь попасть к ним в руки.
Гордеев наклонился, взял девушку за руки и поднял ее.
– Успокойся, дочка, – ласково проговорил он, погладив девушку ладонью по щеке. Монголов больше в Булгарии нет. Их орды разбиты и отброшены далеко в степь. Ваш народ добровольно признал власть киевского князя и находится под его защитой. С этого дня вы больше не рабы, а полноправные граждане Руси.
На лице теперь уже бывшей рабыни засияла счастливая улыбка.
– Вот, что Гузеля, – продолжил Дмитрий, забирай своих подружек, и марш в баню. Смойте там с себя всю скверну. Затем вас проводят на наш склад. Там много женской одежды и украшений. Выберите себе все, что понравиться. Скоро вы будете дома.
Он вновь улыбнулся и легонько подтолкнул девушку в сторону остальных девушек.
– Ну, иди…
Гузель повернулась и побежала к подругам делиться счастливой вестью.
Гордеев проводил взглядом девушек, чуть ли не вприпрыжку, выбегавших из комнаты, после чего повернулся к стоящему рядом Андрею.
– А где египтянка? – спросил он.
– С ней возникла небольшая проблема, – усмехнулся его заместитель, – Эй Пересвет! – крикнул он, разворачиваясь в сторону зала, – зайди-ка!
В комнату вошел здоровый парень, богатырского телосложения. Даже довольно высокий воевода, был ниже его почти на голову. Спецназовец стоял перед своим командиром, понуро опустив голову.
– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Дмитрий, – Подыми-ка лицо.
Перевет нехотя поднял голову. Его щеку рассекали свежие царапины.
– Что, что еще за боевая раскраска туземца? – усмехнулся Гордеев.
– Я же не знал, что она такая дикая, – виновато пробурчал спецназовец, вновь опустив голову, как нашкодивший школьник, – Видь ничего и не сделал. Просто по заду хлопнул, что бы шла быстрее.
– Понятно, – резюмировал Дмитрий, – где она?
– Там, – Пересвет махнул рукой в сторону одной из комнат.
Гордеев решительно направился к указанной двери. Толкнув створку, он вошел в помещение, тут же остановившись на пороге в нерешительности.
