Им повезло. Через несколько дней в Афины отправлялся караван, под охраной боевых триер. За щедрое вознаграждение капитан одного из торговых судов, согласился перевести русичей через Средиземное море в греческий город.
Ожидая отплытия Гордеев, узнал о прибытии в порт кораблей из Александрии. Вместе с Юлдуз, он привел на пирс, где на воде покачивались египетские галеры, Нефтис. Дочь визиря гордо взошла на борт самого большого судна. Узнав, кто прибыл, капитан повалился перед знатной особой на колени, склонившись и вытянув руки вперед. Оказалось, что за время ее отсутствия в Египте произошли перемены. Ее отец стал султаном.
Распрощавшись с египетской принцессой, Гордеев и Юлдуз вернулись в город. А на следующий день, в назначенное время русичи вступили на палубу торговой греческой галеры.
Караван гребных судов отошел от берега на приличное расстояние, так что он виднелся по правому борту узкой полоской. Первые часы шли на веслах. Гребцы, скрытые под палубой, работали без устали. Гребцы дружно поднимали и опускали весла, от чего груженая галера ходка шла вперед, стараясь не отстать от остальных судов.
После полудня подул попутный ветер, и галеры еще быстрее заскользили по спокойной водной глади. Гребцы убрали весла, задраив гребные порты специальными кожаными пластырями.
Гордеев оторвал свой взгляд от идущих впереди судов. В своей прежней жизни, он часто пересекал не только различные моря, но и даже океан, но это было на комфортабельных судах. Оказаться на древнем, хоть и на прочном, на вид судне посреди океана, ему еще не доводилось. Из спасательных средств на галере были лишь две спасательные шлюпки, укрепленные по обоим бортам одна ближе к носу, другая около кормы. В случаи крушения, их было явно не достаточно, чтобы спасти даже экипаж, не говоря уже о рабах, которых вообще не считали за людей.
Ветер наполнял прямоугольные паруса, на мачтах судов, от чего они развивали скорость в несколько узлов. Вначале греческие суда осторожно пробирались вдоль скалистых берегов, изредка уходя в открытое море. Сейчас в этих водах было не спокойно. Прибрежные государства не могли поделить влияние на Средиземном море. Каждый хотел оторвать кусок пожирнее. Берега, видневшиеся с право по борту, принадлежали Коннийскому султанату. Государство, родоначальник будущей Турецкой империи, сейчас находился в упадке. Их все чаще беспокоили бесконечными набегами монгольские отряды. Но, стараниями султана, который согласился выплачивать монгольским ханам дань, до полномасштабного вторжения дело не доходило. Хотя на суше у султаната дела шли не шатко не валко, но на море у них продолжал оставаться конкурентоспособный флот. Другим врагом была опорная база Крестоносцев на Средиземноморье, остров Кипр, уже более века принадлежащий Англии. Обосновавшись на острове, крестоносцы ни в какую не желаю пропускать мимо себя торговые суда, без уплаты пошлины. Но оплату они запросили такую, что торговцам было проще нанять корабли охранения, чем платить зарвавшимся Европейцам. Не стоило сбрасывать со счетов и Египтян. Это конечно было не то мощное государство, но и их флот не брезговал разбоем. Сейчас на море сохранялось шаткое перемирие, грозящие перерасти в полномасштабные боевые действия.
Пользуясь неразберихой, на сцену не редко выходили и пираты, которых развелось в этих водах как грязи. Средиземноморские корсары имели в своем распоряжение более совершенные суда, оснащенные латинским парусами. Этот косой парус, прикрепленный верхней шкаториной к наклонной рейке, нижний конец которого доходит до палубы. Он расположен как бы "вдоль" ветра. И движущая сила возникает за счет разности давлений между вогнутой и выпуклой частями – так же, как и подъемная сила самолетного крыла. Такой парус позволяет судну идти круто к ветру зигзагами, меняя галсы. Это давало им преимущество перед прямоугольными парусами, имеющимися у гребных судов. Их парусное вооружение состояло из трех матч. Передние мачты несли прямые паруса, задние – латинские. Отказавшись от гребцов, эти суда получили возможность увеличить объемность и вместительность трюмов, расположенных в несколько ярусов. Появились кормовые надстройки, в которых размещались жилые помещения. Эти более совершенные корабли, в отличие от гребных судов, могли ловить ветер, даже очень слабый или встречный, и легко уходили от преследователей. Тем временем от них не могло уйти не одно судно. Пираты, как шакалы преследовали свою добычу, пытавшуюся оторваться на гребном ходе. Но человеческий ресурс был не безграничен. Когда гребцы выбивались из сил, пиратское судно сближалось и, используя превосходство в размерах, брало свою жертву на абордаж.
