— Эти животные могут четыре дня обходиться без воды… у них есть такая анатомическая особенность по созданию запасов жидкости. Зато самая вкусная рикота получается из их молока! — комментировал Анжело.
— Да уж, к печёной рикоте мы привыкли, и она заменила нам на сицилийских завтраках традиционный творог.
— Сейчас мы поднимаемся на Monte Nero. Его кратер сформировался в результате извержения 2002 года. Примечательной особенностью являлось то, что лава выбрасывалась с глубины свыше десяти километров и она имела мелкокристаллическую структуру. Большинство экземпляров находятся в вулканических центрах, а также в музее вулканологии в городе Linguaglossa, — продолжил бодро шагающий гид.
— Grazie, Angelo! Сделаем передышку и несколько снимков. Местность выглядит не по земному.
Мы сделали пару фотографий на фоне громадных, диаметром до полутора метров чёрных валунов, выброшенных из кратера, и перешли на соседний более ранний вулкан — Monte Rosso, название которого говорило само за себя. И хоть часть горы уже была колонизирована тундроподобным стелющимся по земле можжевельником и другими колючими кустарниками, красная порода выделяла этот пик на фоне других. Цвет определялся повышенным содержанием железа в лаве. Мой спутник разыскал десятикилограммовый камешек с повышенным содержанием феррума и положил к себе в рюкзак.
— Для моей коллекции на ферме! — пояснил он.
— Тебе помочь?
— Спасибо нет!
Я же вспомнил «Сад камней» русского князя Воронцова в его летнем имении под Ялтой. Может быть и у него со временем будет нечто подобное?
Вскоре наша прогулка изменила вектор направленности и из спортивно-познавательной превратилась в добывательскую. Анжело нашел большой гриб, отдалённо напоминающий собой подосиновик, только более крупных размеров. Да и прятался он под кустистым деревом, похожим собой на привычную мне осину. Я несколько раз пожалел о том, что не надел брюки. Мы ползали, пробирались через какие-то кусты, осматривали все зелёные пятнышки растительности в пылу азарта. Периодически нам встречались такие же одержимые грибники, но судя по их улову, сегодня в здешних местах не фартило. Я, как человек равнодушный, пытался отвлекаться на фото, но тоже ненароком всматривался, но нашёл лишь один экземпляр, да и тот поганкой оказался. Но зато набрёл на настоящий горный малинник. Здешняя малина мельче огородной, кислее, но значительно сочнее. В конце концов через час блужданий мы сбились с пути. Когда встал вопрос о поиске рефьюга и отдыхе, пришлось немного покружить. Благо, что у Анжело была с собой карта местности, по которой мы и сориентировались.
У спасательного домика заприметили троих велосипедистов и пожилую пару лет восьмидесяти. Первые заправляли фляги водой после спуска (национальный парк Этна активно используется для горных велопрогулок и проведения различных соревнований). Сеньоры также были увлечены грибами, но глава семьи нашел лишь один экземпляр. Мне показалось, что для моего провожатого они были знакомы, так как он по очереди вступил с ними в довольно продолжительные беседы с рассказом обо мне, а пожилому грибнику подарил свой порчино и угостил домашним замороженным апельсиновым соком. На спуске я спросил у него, были ли это его друзья или просто знакомые? «Нет, я их сегодня встретил впервые!» — ответил он мне.
Во время небольшого пикника за деревянным столом мы угощали друг друга домашними припасами, кофе, чаем, обсуждали грибную пору. Анжело предложил мне дополнительно устроить вечерний поход для Нади и Таисии с ночёвкой в этом месте.
— Скорее всего они не обрадуются! — ответил я, — да и у нас практически всё распланировано по дням на оставшуюся часть отпуска.
— Моя жена также любит комфорт и тепло, поэтому я чаще путешествую один или с друзьями. Но каждый раз волнуется за меня, когда я ухожу в горы.
— Каждому своё…
Тем временем к питьевому колодцу подъехала ещё одна группа велосипедистов, а мы, пожелав всем хорошего дня, отправились в обратный путь. Анжело перестал интересоваться грибами и выдавал мне на ходу энциклопедические сведения о вулканах и извержениях.
«Продолжительность извержения 2002 года, последствия которого мы наблюдаем, составила девяносто четыре дня. Высота кратера вулкана 2700 метров. Протяжённость лавового потока, который спустился на отметку 1700 метров, составила пять километров. Объём лавы приблизительно девяносто миллионов кубометров…» — рассказывал он, а я делал пометки карандашом в блокнот. Как любитель флоры он показал мне местные горные розы, орхидеи и фиалки, которые встречались нам на пути (я бы распознал только розы). Из фауны мы заметили лишь орла, выискивающего грызунов, да отары овец, охраняемые собаками. Я же фантазировал на тему прошлого нашей планеты. Именно такой она была миллионы лет назад, именно так зарождалась жизнь. Порой создавалось впечатление, что на некой виртуальной машине времени мы перенеслись назад и открыли для себя разностадийный и постоянно меняющийся вулканический биогеоценоз.
