— Но такое не может быть правдой! — настойчиво продолжил Ингвар, ненавязчиво заправляя светлый локон своего мужа за ухо. — При дворе все отзываются о вас, как о прекрасной и любящей паре. Я не был никогда в Байонне, но слышал, что герцогство процветает и богатеет. Кому мне верить?
Альваро только горько усмехнулся на его слова, опять впадая в свое привычное состояние отрешенности. К горлу подкатила жгучая обида, и он уже не мог сдерживать слез.
«— Да кто тебе поверит! Ты грязная лживая тварь! — очередная пощечина пронзает щеку, разливаясь в голове густым пламенеющим туманом. И уже давно потеряли чувствительность плечи и скованные за спиной руки.
Рикан считал, что пощечины никогда не испортят лицо. Только одного он боялся: что не сумеет предъявить своего младшего мужа в приличном виде, если вдруг случится какая оказия, и это срочно потребуется. Лицо не скроешь под одеждой, в отличие от всего остального.
Вдоволь так натешившись, Рикан опять хватает за волосы, приставляет свой налившийся силой член к его губам, требуя раскрыть пошире горло…
Это было так давно, что уже не казалось реальным».
Альваро отодвинулся и обхватил себя руками за плечи, сидел покачиваясь, рассматривая узорный ковер на полу под своими ногами. Слезы продолжали свой бег по щекам, скапливаясь в крупные капли на подбородке, а потом падали вниз, исчезая в тёмной синеве бархата колета. Ингвар терпеливо ждал, больше не делая попыток прикоснуться.
— Да, я — самое лживое и порочное существо, — с вызовом нарушил молчание Альваро, — меня следует наказать, у вас тоже будет особая плеть для меня, Ингвар? — он вскинул голову и резко повернулся к своему старшему мужу.
— О чем ты? — опешил тот, невольно отшатнувшись.
— Вы же этого добивались? Хотите слышать именно эти слова?
— С чего ты взял? — Ингвар был уже не рад, что затеял этот разговор и не принял все эпитеты, которыми был награжден де Альма, как должное.
— Когда мы прибудем в Байонну, не сомневаюсь, вам подарят одну книгу, в качестве подношения. Ее написал один безумец — Хуго из Сато-Викта. Это учебник для старших мужей, в котором сказано: чтобы младший не имел желания, даже в мыслях, превосходить над старшим, его следует бить раз в неделю плетью или палкой, но не уродуя и не калеча…
— Какое варварство! — вырвалось у Ингвара. Он даже не мог помыслить, что можно поднять руку и ударить другого человека не за дело, а просто так. Поэтому его сознание образованного человека, воспитанного в иных традициях и законах, отталкивало, отдаляло от себя любые догадки на этот счет, и что с Альваро бывший старший муж мог поступать точно так же. Поэтому Ингвар продолжал пребывать в своих прежних и ложных измышлениях. — У вас на Юге такое обращение нормально?
— Нет, — покачал головой Альваро, — большинству неинтересна книга, написанная двадцать поколений назад, но это не значит, что традиции себя изжили. Хуго написал еще много чего соблазнительного для старших мужей. Уверен, что и вам может понравиться. Мой бывший муж, — он сделал паузу, в очередной раз сглатывая горький комок, таившийся в горле, — любил читать ее на ночь, — Альваро быстрыми движениями пальцев смахнул с лица слёзы.
— Прошу прощения, ваше благородное высочество, — в дверях комнаты уже давно стоял Эсперо, кряхтел, но не решался прервать. — Уже темнеет, а мне нужно еще подготовить графа к ночи.
Альваро резво вскочил на ноги:
— Мне нужно только омовение, Эсперо, сегодня ночью мы со старшим мужем будем всего лишь спать вместе в одной постели, — он бросил выразительный взгляд на Ингвара и, увидев, как брови на его лице начинают подниматься в удивлении, упредительно ответил. — На соитие дает разрешение младший супруг, а не старший! Если наоборот, то это уже насилие! — четко озвучив свои пожелания, Альваро быстро последовал за слугой в другую комнату, где располагалась уборная.
Ингвар с тоской проводил глазами его стройную спину и обтянутый штанами из тонкой кожи зад, ловя себя на мысли, что начинает понимать Рикана де Альму, который особо не церемонился, почитывая наставления Хуго Сатовикторского.
«Так, а кто же будет готовить к ночи меня?».
Фактически вытесненный из собственных покоев Ингвар, опорожнив кубок вина, отправился разыскивать Адель.
***
Вернувшийся обратно после общения с Адель весьма повеселевшим, Ингвар решил, что жизнь налаживается, и не составит особого труда найти парочку таких же Аделей в окрестностях замка де Энсина, да и во всей Байонне, хозяином которой он теперь является. И не особо его будут тревожить отказы Альваро: в конце концов, он не обязан подтверждать статус старшего мужа еженощно… «Или ежедневно? Проклятье! Кто этих южан разберет, что они себе там напридумывали! Традиции! Им бы всё какой новенький ритуал изобрести, лишь бы оправдать, кто кого сегодня поимеет в зад!». В полутьме он задел носком сапога порог комнаты, и опять разразился проклятиями. «Придурок этот Хуго, — продолжил Ингвар свой внутренний монолог, — какой-нибудь очередной любовник не прогнулся под него, вот он и обозлился на весь свет!».