В следующую секунду он, упав, распластался на земле, открыв то, что скрывалось за его телом – длинное ледяное копье, удерживаемое двумя темными эльдарами, но созданное с помощью рун бородатых цвергов. Воспользовавшись моим замешательством, они выпустили его в меня. На чистой ярости я сумел смешать и выплеснуть навстречу летящему в меня снаряду Багровое Пламя. Ярчайшая бело-голубая вспышка. На одних рефлексах я чуть разворачиваю тело и закрываюсь левой рукой. Сквозь облако странного белого пламени в меня летят ледяные осколки. Они очень мелкие и напоминают хрустальную пыль. Словно жесткий абразив, они срезают с руки кожу и развеивают левое крыло. Облако белого пламени истаивает в воздухе, а меня ударной волной сносит в бездну. Феникс кричит от боли, я же теряю ориентацию в пространстве. Словно земной спрут, в отчаянии я, напитав свои теры маной, раскидываю их во все стороны, в надежде зацепиться за край пропасти. И паре моих теров это удается. Следом меня хорошо прикладывает о скалу, выбив из меня дух. Сжав челюсти от боли, я забрасываю все остальные теры за край пропасти и, словно пружиной, выбрасываю себя обратно на поверхность. Моим глазам открывается поле магической битвы – жрицы и маги обмениваются заклинаниями и магическими ударами. Мое появление неожиданность для всех. Но если атретасы издают радостный боевой клич, то маги не стесняются в выражениях и проклятьях. Моя ярость сливается с бешенством феникса, и я ору во всю мощь:
– Да как вы посмели!
Магическая перестрелка тут же прекратилась. Подняв левую руку, я посмотрел на свою кровь, похожую на раскаленный до белого цвета металл. Рука из-за содранной кожи стала похожа на лапу мертвеца. Неожиданно для себя я лизнул ярко светящиеся капли. Какой необычный, даже приятный вкус. Феникс шипел внутри меня от бешенства. Неожиданно я осознал, что боль нисколько мне не мешает – мне даже было приятно. Ну вот – становлюсь мазохистом… Печаль… Кто-то за это определенно ответит… Кровь с моей руки начала истекать, образуя ярко-белую сферу над моей левой ладонью.
– Ваша смерть ужаснет даже тех, кто повидал многое…
Сфера разделилась на пять частей, которые вытянулись, став похожими на прутики-стрелы. Светлый эльдар и компания спешно наращивали щиты и готовили еще одно ледяное копье. Остальные маги начали пускать в меня свои заклинания, пытаясь отвлечь от них. Это было даже забавно – защищаться от стихийных заклинаний четвертого и третьего круга не составляло труда. Четвертый круг я разбивал своими терами, третий – отклонял себе за спину. Слишком слабы.
Дав цвергам время создать копье на треть и родиться в глазах остальных магов надежде, я безжалостно ее растоптал, выпустив в них пять своих изделий. Они пробили все слои защиты, как будто их и не было, и попали каждая в свою цель. Стрелки погрузились в плоть очень неглубоко – всего на три пальца, и, невзирая на свою раскаленность, практически не обожгли свои цели. На моих глазах один из цвергов недоуменно и отчаянно схватился за стрелку, надеясь ее выдернуть. Несмотря на дым, пошедший из кулака, ему это не удалось – стрелка внезапно ожила и стала внедряться в его тело. От ужаса и боли он упал на землю, став кататься по ней, пытаясь обожженными руками разодрать свою грудь. Я посмотрел на светляка – он, достав кинжал, вовсю потрошил свой живот. Двое темных зльдаров громко кричали от боли. Феникс может полностью управлять своим телом, каждой его частичкой, а поскольку тело у нас одно на двоих – я позволил ему управлять моей кровью. Медленно подойдя к светляку, я хлестким ударом теров выбил из его слабеющей руки кинжал и наступил ему на грудь. Последний раз закричав от боли и отчаяния, он умер. Из его горла вылезло разросшееся до размеров хорошей змеи изделие феникса. Какая отвратная тварь. Нечто вроде раскаленного слизняка.
Элементал отчетливо фыркнул в ответ на мою мысль. Червь втянулся мне в ногу через сапог, пропалив большую дырку в нем, и я почувствовал, как боль стала быстро уходить. Подняв руку, я увидел, как целыми островами нарастает новая кожа. Гм. А возможно этим вылечить Эльвиаран? «Не знаю. Так даже мы редко лечимся, а уж лечить кого-то… Вдобавок лишь моя воля делает это создание полезным. Без нее это просто коктейль из ценных веществ и крови». М-да. Уж этим ее и так снабжают постоянно. Еще четыре «слизня» полностью вылечили меня. Все это время маги подозрительно тихо себя вели. Ну и Тьма с ними. В прямом смысле.
Посмотрев на левую руку, я осознал, что новая кожа хоть и наросла на руке, но была значительно более темного цвета. Из-за этого эффекта небольшие шрамы на груди, образовавшие темные полоски, придавали моей коже чуть ли не тигровый окрас. Вот гады… Я раздражено сдернул с себя остатки куртки и отбросил тряпку в сторону – она не долетела до земли, моментально сгорев в воздухе. Из одежды на мне остались лишь шнурованные штаны, светящие прорехами, словно модные рваные джинсы, и каким-то чудом сохранившие целостность сапожки. Впрочем, похоже, это ненадолго.
