Следующий и последний пункт испытаний – полет. Я покосился на сложенные на спине крылья. Честно говоря, я не вполне понял, как драколич будет летать на костяных крыльях, но потом мелькнула мысль, что самолеты же летают, а ведь сделаны из металла… Я осмотрелся: образовавшийся пустырь был каплеобразной формы и в наиболее широком месте был около пятисот метров. Что ж, прекрасное место для взлета и посадки – что-то мне подсказывает, что последняя будет довольно жесткой. Я дотронулся до сознания феникса: «Будь наготове: если что – полетим по-твоему». Так. Теперь до сознания драколича: «Взлет!» В ответ тот медленно раскрыл свои просто огромные крылья и присел. В следующее мгновение я понял, что сейчас будет плохо, и прижался к рогам. А потом драколич прыгнул вверх на высоту больше тридцати метров, одновременно со всей своей огромной силой взмахнув крыльями. Невзирая на то, что я стиснул со всей силы челюсти, мне лишь чудом удалось не отхватить самому себе кусок языка. Сильнейший порыв ветра поднял огромную тучу обычной пыли и мелких обломков. От всего этого атары поставили высокую плоскую защиту, похожую на прозрачную плиту, буквально отгородив ею часть площади, откуда стартовал драколич. М-да уж, нехорошо получилось… Хоть бы предупредил. «Поднимись на середину расстояния до потолка и медленно пролети вокруг дворца-улья». Медленно и важно взмахивая своими крыльями, огромное создание сделало круг, вернувшись в исходную точку. «Садись». Вопреки моим ожиданиям, посадка была довольно мягкой благодаря тому, что лапы драколича сработали как амортизаторы.
Спрыгнув с шеи создания, я начал обходить его, осматривая и обдумывая результаты испытания.
Первое: летать так я буду редко. Мне это просто не нужно – я сам летаю намного легче и спокойней. Хотя при атаке, сидя у него на шее, я буду в большей безопасности, чем будучи подсвеченный своим же пламенем в качестве мишени.
Второе: как боевая единица драколич выше всяческих похвал. Все равно что мощнейшая помесь штурмового вертолета с танком, обладающая бесконечным боезапасом и топливом. Побольше бы таких… Но, если честно, будет мне нужна ударная сила, так я просто возвышу высших вампиров в князей. Быстрее и эффективнее. Конечно, в этом варианте минусов тоже много, но по сравнению со сверхсложным ритуалом и огромным количеством ресурсов, выброшенных практически на ветер, это мелочи…
Да, не все так однозначно, и, наловив достаточно большое количество бывших рабов в развалинах Ишакши, можно заняться более бюджетными драколичами… Возможно, так и придется сделать… Но опять же, у меня на это нет времени.
Приказав чудовищу следовать за собой на небольшом расстоянии, я вернулся к замершему Атере и армии.
– Собирайтесь. Возвращаемся в лагерь.
Арисна сидела в кресле, откинувшись на его высокую спинку. Она была облачена в боевой доспех. На ней был максимальный набор оружия. Даже антрацитово-черная коса – этот цвет придавал адамант, добавленный в сталь, – стояла рядом, прислоненная к черному столу. Белая маска с черной вязью знаков Древних лежала перед ней на девственно чистом столе. Знаки означали, что обладательница маски исполняла обязанности матриарха. Это было неспроста – на только что прошедшем Совете Арисна была назначена на этот пост. Сейчас же она сидела и просто смотрела на нее, буквально ощупывая взглядом каждый знак, каждую черточку или точку, не осмеливаясь надеть ее. Эта маска раньше принадлежала Таенори, ее сестре. Очевидно, что-то почуяв, она не взяла ее на последний, будь он трижды проклят, Высокий Совет. Великая жрица Арисна всеми фибрами своей души не хотела ее надевать – она никогда не стремилась на этот пост. Читать доклады, подкупать, засылать шпионов, вчитываться в тексты и искать скрытый между строк смысл, планировать расходы, участвовать во всех мероприятиях как внутри дома, так и вне его… И посылать на смерть… О владыки Бездны! Арисне всегда нравилось поле боя: кровь – как союзников, так и врагов, грязь и пыль, простые и понятные отношения в отряде, постоянно меняющаяся ситуация, четкое разграничение: кто нас атакует – тот враг… Но кто наденет маску кроме нее? Аресре? Сираз? Они еще слишком молоды – на Высоком Совете ими будут крутить, как захотят… Выбора нет… Жалкие идиоты те, кто говорит, что выбор есть всегда. Нет этого выбора. Другая дорога – лишь во Тьму. Шаг в бездну. Иллюзия выбора. Смерть или жизнь. Мы все плывем по реке жизни, а кто пытается плыть против течения – существует недолго.
