Мы собираемся вокруг кухонного стола, Вайресс раскладывает по мискам тушеное мясо. Мэгз вручает ложку фальшивой Луэлле. Та сжимает ее в кулаке, придвигает миску к себе и принимается шерудить в рагу, тихонько всхлипывая.
– Ее морили голодом, – говорит Вайресс. – Помимо прочего.
Она права. У Луэллы кисти рук были тощие, у ее двойника – костлявые. Неудивительно, что им пришлось сделать ее лицо более пухлым. Она поднимает миску и вылизывает, как собака. Безотчетный гнев, который я испытывал к этой девочке, сменяется жалостью.
– Еще хочешь? – спрашивает Мэгз. – У нас много.
– Хлеба? – Вайресс протягивает корзинку с разными видами булочек.
Фальшивая Луэлла восхищенно смотрит на подношение, потом хватает темный хлебец в виде полумесяца, посыпанный зернышками, подносит его к лицу и судорожно вдыхает запах.
Вайресс с Мэгз обмениваются понимающими взглядами.
– Ты из Дистрикта-11, детка? – мягко спрашивает Мэгз.
Фальшивая Луэлла принимается плакать, прижимая хлебец к губам и трогая себя за ухо.
– Все хорошо, малышка! Пойдем со мной.
Мэгз обнимает девочку за плечи и уводит из кухни.
– Кто бы она ни была, – говорит Вайет, – теперь она точно наша.
Странно слышать такие добрые слова от спеца по ставкам, но мы все чувствуем то же самое. У кого рука поднимется причинить фальшивой Луэлле еще больше боли? Пожалуй, я буду заботиться о ней изо всех сил, как и о своих сюзниках в форме голубиного цвета из Дистрикта-6.
– Ты прав, – говорю я. – Только я не могу называть ее Луэллой.
– Другое имя может совсем ее запутать, – предупреждает Вайресс.
– Как насчет Лулу? – предлагает Мейсили. – У меня была канарейка с такой кличкой.
Это мне известно, потому что Ленор Дав прознала про птичку и пришла в ярость: как можно держать в клетке птицу, тем более певчую? И все же это не повод отвергать имя.
– Думаю, сойдет, – киваю я.
Возвращается встревоженная Мэгз.
– Уложила ее в постель. К груди девочки прикручено какое-то устройство – думаю, для подачи наркотика. Я побоялась его убирать – это может ее убить. Мне уже доводилось видеть такие штуки.
– Почему ты спросила ее про Одиннадцатый? – интересуется Мейсили.
– Из-за хлебца, который она выбрала, – с зернышками. Он оттуда.
Прибытие Лулу свело на нет душевный подъем, который мы ощутили, присоединившись к новичкам. Пару часов назад у нас была какая-то ясность, но подарок Сноу напомнил о нашей слабости и тщетности борьбы. Я уже и забыл, в чем заключался наш жалкий план и чем он был важен. Мы ужинаем молча, в этот глухой час каждый погружен в свои безотрадные мысли.
Глухой час… Так говорится в первой же строчке песни Ленор Дав. Чего бы я только ни отдал, лишь бы увидеть ее еще раз!
Был такой момент, когда Сноу объявил, что у него для меня подарок, и я подумал про Ленор Дав. Уж очень он распинался про огниво и наших музыкантов. К счастью, я ошибся. Ей гораздо безопаснее в «жуткой глухомани» Двенадцатого.
Мэгз с Вайресс пытаются вновь настроить нас на подготовку. После ужина мы собираемся в гостиной и обсуждаем прошедший день. Мэгз вроде бы довольна идеей союза и убеждает нас ее развивать. Мне тоже полегчало после того, как я объединился с Вайетом и Мейсили. Вайет оказался более порядочным, чем можно было ожидать, учитывая занятие его семьи, а Мейсили заработала много очков, помогая другим трибутам с их талисманами.
Вайресс спрашивает, заметили ли мы во время тренировок намеки на устройство арены.
– Брезент, – отвечает Вайет, не задумываясь.
– Ты про куски водонепроницаемой ткани? – уточняю я.
– Ну да. Видел секцию той леди? Она показывала, что можно делать из брезента. Мастерить пончо, собирать дождевую воду, упаковать что-нибудь. Вот я и решил, что на арене будет мокро. В шахтах мы используем такую ткань, чтобы уберечь вещи от сырости.
– Пожалуй, ты недалек от истины, – соглашается Вайресс. – Как насчет тебя, Мейсили?
– Я мало куда успела – все время плела талисманы, пыталась дополнить костюмы трибутов. Кстати, вы знаете, что нас всех одели в разные цвета? В те же самые, что и на вчерашнем параде колесниц. Десятые в красном, Восьмые – в персиковом. Если нас и на арене так же нарядят, что вполне вероятно, – чтобы зрители могли различать дистрикты, – то черный костюм будет большим плюсом. Мы сможем спокойно перемещаться и искать еду, а остальным придется прятаться.
– Очень хорошо, – кивает Вайресс. – Хеймитч, ты что-нибудь заметил?
– Ну, прямо сейчас я заметил, как наблюдательны Вайет с Мейсили. Мне нужно быть повнимательнее. Зато я кое-чему научился. – Я рассказываю им про Бити и картошку, опустив научное объяснение. – Уяснил я одно: там будет темно, и могут пригодиться корнеплоды.
– Если там мокро, как думает Вайет, тогда сухого дерева для костра мы не найдем, так что придется воспользоваться картошкой, – заключает Мейсили.
Вайет задумывается.
– Или еду нам придется выкапывать.
– Интересный вывод, – замечает Мэгз.
Вайет пожимает плечами:
– Не проблема! Я этим на жизнь зарабатываю в шахте.
Перед сном мы стоим снаружи спальни для девочек, наблюдая, как спит Лулу, и не знаем, что делать.
– Могу занять твое место, – предлагаю я Мейсили.
