Стив возвращается домой – в отеле «Стая» уже три месяца его ждет Наташа, с которой ничего так и не закончено, толком не выяснено; он ее любит всей душой, но она забыла, запуталась и теперь с помощью Роджерса отчаянно пыталась найти себя. Вися вверх ногами с закрытыми глазами, Йен вспоминает, как Стив рассказывал ему сказки лет до десяти; и понимает, что сказки эти были утешением и для Стива тоже. Йен хотел быть таким же смелым, таким же отчаянным, как и та рыжая пиратка из историй, которая могла взять целые корабли на абордаж чуть ли не в одиночестве; а потом хотел всей душой встретиться с ней и втянуться в эту маленькую семью Стива и Наташи. Хотел сидеть с ними за завтраком, обедом и ужином; хотел снова чувствовать, как ночью, думая, что сын спит, Стив бережно проведет ладонью по его волосам, убаюкивая; хотел обрести семью в мирное время; но ведь чувство вины всегда пересиливает. Парнишка даже не всегда понимал, почему он испытывает вину; это было странно. Он ничего не сделал, но чувствовал в этом мире себя каким-то лишним. У Стива здесь был свой быт и комфорт, своя рутина; он работал в цирке при отеле, налаживал отношения с Наташей, помогал ей вспомнить их прошлое, просто строил свою жизнь.
И Йен в этой жизни был как-то не к месту.
И когда Йен открывает глаза и понимает, что каким-то образом остался жив, решение приходит само по себе. Он ищет дорогу к отелю «Стая», забирается через крышу шатра; и долго наблюдает за тренировкой Стива и Наташи. Йен не может отвести взгляд от гимнастки, понимая, что это именно та пиратка из детских сказок. Видя блеск в зеленых глазах, слыша легкий русский акцент, скорее намеренный, так как профессиональная шпионка никогда таким себя не выдаст, Йен понимает, почему Стив ее полюбил, так сильно и искренне. Он смотрит, как Капитан Америка ловит бывшую Черную Вдову, что играется с ним, заставляя самую малость переживать; как он ставит ее на пол, но после крепко обнимает и зарывается носом в рыжие волосы; и понимает, что он здесь правда не к месту.
Ведь Йену чужда мирная и семейная жизнь. Ведь Йен ищет приключения на свой зад, ведь у Йена в восемнадцать лет очень активное шило в одном месте. Ведь Йен когда-нибудь снова подставится, но Стиву будет в десять раз больнее.
И Йен, скрепя сердце, уходит.
========== Наташа ==========
Первая встреча с Наташей у Йена как-то не ладится.
Он тихо шпионит на очередной базе Гидры с целью дальнейшей зачистки, когда замечает непривычно яркое для этой местности рыжее пятно. Пятном оказываются волосы, а при более подробном изучении – целой девушкой, и не простой, а той самой излюбленной пираткой, что и сейчас раскидывает солдатиков в форме, пока на нее не натравливают кого посильнее и все же заламывают руки за спиной. Роджерсу младшему, конечно, становится интересно, а ситуация набирает обороты; у Наташи – мозг всмятку, а у Йена – угон мотоцикла и поездка в отель.
Он успевает, и в итоге они со Стивом вместе справляются с разбушевавшейся русской – зрелище выходит без пяти минут кровавым, но Йен вовремя заряжает в девушку десяток карманных шокеров, которые без зазрений совести у нее же и своровал.
Знакомятся они гораздо позже – Наташа приходит в себя и среди ночи пытается сварганить ужин двоим суперсолдатам. Стив настаивает на заказе из ресторана, что весьма мудро, и в какой-то момент Йен с Наташей на кухне остаются одни.
– Слушай… – немного неловко начинает Наташа, хмуря брови; Йен почти влюбляется в ее мимику. – Стив думал, что ты мертв. Ты знал об этом. Почему не дал знать о себе раньше?
Роджерс младший стыдливо отводит взгляд в пол, закусывая нижнюю губу. Внешне на Стива он и вовсе не похож; карие глаза, шатен и острые черты лица; но эти привычки были словно в его крови.
– Я не знал, что я выживу. И когда очнулся подвешенный совершенно один, понял, что это мой шанс, – Йен поднимает взгляд на Наташу. – Тебя не убить, если ты уже мертв. Если ты сделаешь ошибку снова, никому уже больно не будет. Меня бы и сейчас здесь не было, если бы я не увидел тебя на базе Гидры.
Наташа сперва сама спешно облизывает губы и переводит взгляд в окно; ей, наверное, даже стыдно, что тут она прокололась.
– Предпочитаешь быть одиночкой? – есть в тоне ее голоса такие нотки, по которым Йен осознает: она его понимает. И Роджерс младший бессознательно начинает ей доверять.
– Сэм мой напарник, вообще-то, – Йен качает головой. – Мне нужно было время. И отцу тоже. Я не мог заявиться просто так, он бы подумал, что свихнулся окончательно.
Наташа слабо кивает. Она видела все его переживания, все его мысли и чувства; Стив всегда был перед ней открытым, словно книга, обнаженным, словно нерв, и доверял ей все. Наташа видела, как ему было тяжело, знала, сколько Роджерс подавил нервных срывов. Она глубоко вздыхает и начинает разбирать вымытую Стивом посуду.