Мысли Хвоща прервал скрип входной двери. В таверну один за другим вошли трое незнакомцев. Первый был обычного роста, крепко сложён, с белокурыми волосами. Колючий, уверенный в себе взгляд да пара одноручных мечей за спиной выдавали в нём бывалого витязя. Два других чужака за ним вошли, пригибаясь, дабы не удариться головами о дверной косяк. Очень высокие, дюжие, широкоплечие. Косая сажень в плечах. Под простыми рубахами у них угадывались огромные мускулы. Первый из гигантов был с копной русых кудрей, уже второго в талии и чуть полегче, но от обоих веяло какой-то дикой, звериной мощью. У первого — широкий меч в ножнах на поясе, второй, рыжеволосый, с двуручной тяжеленной секирой, которую он нёс одной рукой так, словно она из перьев!
«Эка, тяжесть какую таскает с такой лёгкостью, будто она невесома…» — мгновенно промелькнуло в голове у Хвоща. Окинув троих незнакомцев быстрым намётанным взглядом, трактирщик уже составил для себя портрет вновь прибывших: «Воины. Причём опытные, умелые воины. Зачем они здесь? Похоже, сегодня опять прольётся чья-то кровь… Скорее всего, вот этих троих и найдут поутру в одной из сточных канав горожане. Уж больно видок у них… Явно неприятностей ищут на свои черепушки… Ну, это они удачно зашли! Тут пришлые витязи их себе точно найдут! Надеюсь, деньги-то есть у них… Оружие можно будет хорошо продать, за ним явно следят… А на чём они? Пешком, что ль, притопали, голодранцы?! Жаль… Кони всегда были ходовым товаром… У рыжего, вон, шевелюру с бородой обкромсать можно да сбагрить мастеру дел кукольных. Уж больно цвет редкий, хорошо заплатить должен… И зубы! Надо не забыть осмотреть им зубы! Если успею… А то тут и без меня хватает желающих подрезать золотишко, которое порой во рту блестит у всяких недотёп, не туда забредших перекусить… И зачем только люди себе золотые зубы вставляют? Непрактично ведь… Да и дорого! Эх, пошли мне, Велес, побольше чужаков с золотыми клыками…»
Хвощ гнусно улыбнулся своим тёмным мыслишкам, ибо они сладко грели его пропащую душу.
Ратибор, Мирослав и Яромир зашли в таверну «Хромая лошадь». Внутри было немноголюдно; одна компания из семи завсегдатаев монотонно гудела в центре зала, сдвинув пару столов, и ещё человек восемь-девять сидели по двое-трое за другими столиками, хаотично разбросанными по трактиру.
Когда друзья вошли, все разговоры внутри «Хромой лошади» стихли и взоры отдыхавших в ней людей (не самой честной наружности, как говорится) обратились на них. Быстро оценив новоприбывших, посетители корчмы принялись дальше заниматься своими делами: кто просто лакал литрами местное вино средней паршивости и размышлял о вечном во хмелю, кто соображал, какое бы ещё тёмное дельце состряпать, кто щупал девиц не самой первой свежести, сидящих у них на коленях, а компания в центре продолжила увлечённо резаться в кости, искоса кидая настороженные взгляды на только что вошедших троих путников. За барной стойкой стоял трактирщик и делал вид, будто протирает кружки.
— Да, радушный приём, нечего сказать! — голос Ратибора прогремел на всё заведение как гром среди ясного неба, заставив Хвоща вздрогнуть и перестать предаваться своим грешным мыслям. — Эй, хозяин, — обратился он к кабатчику, — разве так встречают дорогих гостей?! Кваса нам самого лучшего, что у тебя есть, и вина пару кувшинов, да вон того аппетитного барашка, что крутится позади тебя на вертеле! Мы тут притулимся, смотри не потеряй нас…
Трое друзей сели спиной к стене за крайний столик, что стоял в углу. Предварительно Ратибор ногой спихнул с лавки какого-то уже в хлам пьяного пропойцу, который сладко дрых на столешнице, используя её вместо подушки. Тот рухнул под стол, грязно выругался во сне, немного откатился в сторону под одну из скамеек и захрапел прямо там, на полу, с новой силой.
— Эка, надо ж так накидаться-то, — неодобрительно буркнул Ратибор. — Пей ряженку, коль во хмелю ноги не держат!
— Барашек тот уже занят, но я велю начать тотчас готовить вашего, — корчмарь нервно отогнал взмахом руки троицу девиц неопределённого возраста, что скучали в стороне и с энтузиазмом было кинулись к столь видным гостям. При этом он быстро шепнул одной из них на ухо: «Они уже не жильцы на ентом свете, уж поверьте». После чего опять обратился к новоприбывшим: — Однако сами понимаете, придётся обождать. Пока то да сё…
— «То да сё», — передразнил его недовольный Ратибор. — Кем же он занят, позволь полюбопытствовать?
— Нами занят! — раздался голос из центра зала, где сидела компания, рубящаяся в кости. — Так что не заглядывайся на наше жаркое, незнакомец! А то может случиться так, что мы и тебя насадим на вертел вместо барашка!
