— Вовсе нет, — мило улыбнулась девушка, — к тому же, тут столько игрушек… Я словно в детство вернулась, разве тут до скуки?
— Я рад, — юноша тоже улыбнулся, — идёмте?
Делия кивнула и последовала за Линаром к двери, подождала, пока он закроет магазин, а потом без ужимок и манерности оперлась на предложенную руку. Они пошли по улице в указанную девушкой сторону и некоторое время оба молчали. Линар не хотел заводить принятой в таких случаях великосветской болтовни, молчала и Делия, глядя прямо перед собой. И только когда позади осталась пара кварталов, она сказала:
— Я хотела бы спросить вас кое о чём, но боюсь показаться излишне любопытной или навязчивой.
— А вы не бойтесь, — подбодрил девушку Линар, — да и за разговором время пройдёт быстрее.
— И то верно, — смущённо согласилась она, — но если мои вопросы покажутся вам слишком личными, говорите прямо. Я терпеть не могу все эти условности и правила этикета, они словно корсет: сдавливают грудь и не дают свободно дышать!
— Верно, — согласно кивнул юноша, удивлённый услышанным, — когда правил слишком много, жизнь становится невыносимой. Иногда мне кажется, что короли — самые несчастные люди на земле, они никогда не принадлежат себе самим и даже женятся не по своей воле. И не только короли… — добавил Линар тише, но Делия услышала и произнесла со вздохом:
— К сожалению, вы правы. Порой мне кажется, что простолюдины гораздо свободнее нас, а значит — счастливее. Я сейчас говорю о тех, кто не страдает от голода и бедности, их несчастье очевидно. Жаль только, что помочь всем нельзя, каким бы богатым ты ни был… Но я хотела поговорить не об этом. Линар… мне бы хотелось побольше узнать о вас, ведь по сути, вы — сплошная тайна. Мои подруги столько предположений настроили, пытаясь угадать, кто вы и откуда. Одна даже заявила, что вы — назаирский принц.
— Что? — изумлённо воскликнул юноша. — У вашей подруги богатая фантазия, Делия. К счастью, я не принадлежу к венценосным особам и никогда не был в Назаире.
— Так я ей и сказала, и услышала в ответ, что мне лишь бы поспорить, — улыбнулась Делия, — но в одном я с подругами согласна: вы — не простолюдин, я права?
— Да, — негромко ответил Линар, не собираясь лгать и отрицать очевидное, — и я действительно из Гелибола, там родился и вырос, а в Новиграде совсем недавно.
— Вы решили начать самостоятельную жизнь и открыли магазин игрушек? — предположила девушка.
— Почти, — кивнул Линар, раздумывая над тем, что можно сказать ей, а что — не стоит. Рассказывать о Детлаффе он не собирался, поскольку вампир чётко дал понять — желает оставаться в тени. — Здесь я вопреки отцовской воле, Делия, и надеюсь больше никогда не видеть ни его, ни мать. Вы говорили о том, что правила душат, помните? Я полностью согласен с вами и считаю, что брак по отцовскому приказу хуже кандалов арестанта. Я не мог позволить ему заключить меня в темницу вынужденного супружества и… сбежал из дома, оставив там прошлое, титул и состояние. И у меня будет к вам просьба — не рассказывайте об этом своим подругам, я не мог солгать вам, но хотел бы сохранить свою тайну. Обещаете, Делия? — Линар остановился и серьёзно посмотрел в голубые глаза девушки.
— Клянусь памятью своей матери, — негромко ответила она, прямо и честно глядя на Линара, — это останется нашей тайной.
— Благодарю, — юноша на мгновение поднёс руку Делии к губам, помня, чему его учили гувернёры. — Новости разносятся слишком быстро, а мне бы очень не хотелось в один прекрасный день увидеть на пороге магазина отца.
— Понимаю, — кивнула Делия, — и восхищаюсь вашей смелостью. Теперь я понимаю, почему вы бросились спасать Анри и совсем не испугались вампирки! Я бы не смогла так… оставить всё и убежать! На дорогах столько опасностей: разбойники, дикие звери, чудовища… Надо быть очень отважным и сильным человеком, чтобы решиться на такое!
— Или просто наивным глупцом, понятия не имеющим о том, что творится за стенами отцовского замка, — криво усмехнувшись, произнёс Линар, — идиотом, который до сих пор жив исключительно по милости богов. — «И вмешательству одного высшего вампира», — добавил он про себя. — Я не смельчак, Делия, не стоит приписывать мне достоинства, которых на самом деле нет. Я даже оружием владею плохо, а если что и умею — сочинять сказки.
— Ваша скромность делает вам честь, — серьёзно произнесла девушка, — а ваши сказки это что-то по-настоящему волшебное! И лучшее тому доказательство — Анри, он просто влюбился в них, я даже не представляю, что будет, когда прочитаю ему их все…
— Надеюсь, к тому времени я напишу новые, — улыбнулся юноша, которому всё же было приятно слышать подобное, хоть и восхищение Делии смущало.
— Я тоже, в противном случае Анри изведёт нас всех, — вздохнула девушка, — а ещё, мы почти пришли, Линар. Наш дом — вот, — она указала на большой, красивый особняк на другой стороне улицы, — благодарю за то, что проводили и за откровенность, а завтра мы с отцом будем ждать вас к шести вечера.
