У Свободного Народа всегда были отличные воеводы, и они доказывали свое мастерство на деле. В то время правил князь Ёрнир, он и был первым полководцем своего народа. Дариус сцепился с ним впервые на Волчьем поле, был затяжной бой, инициатива не раз переходила из рук в руки, и каждый из предводителей доказывал как свой талант полководца, так и мастерство своих воинов. Можно сказать, тот бой закончился с ничейным результатом, видя, что обе стороны готовы жизнь положить ради глупого замысла, воеводы дали команду отступать.
Вторая встреча была у Каменных врат, когда Ёрнир дал бой у крепости. Что самое интересное, имперцев было меньше, но они так искусно вели бой, что ряды войск Свободного Народа таяли. Но вовремя подоспевший резерв смог оттеснить магистра с его людьми назад. Уже тогда Ёрнир понял, что с ним воюет не просто какой-то знатный боярин, а настоящий противник, сильный и искусный.
И вот третий бой. Оба уже закалены в схватках. Дариус вывел войско Империи на равнину и построил подковой, ощетинив фланги кольями и рвами для защиты от конницы. Центром они руководили вдвоем с Рульфом, его самым ближайшим другом. Ёрнир понял замысел, здесь шла сила на силу, характер на характер. Рядом с князем стоял его преданный воевода Халерсвулф. Тот тоже недолго разгадывал замысел и, посмотрев на своего князя, лишь молча кивнул. Войско свободных перестроилось клином и начало наступление. Имперцы стояли, их было меньше, но позиция уравнивала их преимущества.
Бой начался в одиннадцать часов утра, когда солнце только начинало выдвигаться в небесную высь. Такого кровавого боя даже сам Ёрнир не помнил. Имперцев было гораздо меньше, но их позиция не позволяла взять их числом. Оба предводителя, вместе со своими верными друзьями, пробивали себе мечами дорогу к славе, а князь ̶ еще и дорогу к жизни для своего народа.
Час за часом живые сменяли умерших, тысячи воронов кружили над полем брани, готовясь поживиться мертвечиной. Время шло к вечеру, солнце опускалось за лес, а оба народа еще так и не выяснили, кто из них сильнее. Когда свет совсем пропал, биться стало невозможно. Ёрнир дал команду отходить. Дариус последовал его примеру.
Всю ночь и те и другие собирали тела своих павших товарищей, но уже не как враги, а как люди, которых постигла одна и та же участь. Это была политика мировой войны: после боя обе стороны, с белыми повязками на руках, собирали своих павших братьев. В тот день полегло больше сорока тысяч человек. И даже князь Ёрнир и магистр Дариус Сцириус ходили по полю брани и помогали собирать павших и искать раненых.
Вот тогда и случилась их судьбоносная встреча. Ёрнир и Дариус встретились как люди, которые ходили среди своих мертвых сородичей. Но между этими двумя людьми была огромная разница: один был захватчиком, другой оборонял свою родину, и те люди, которых он привел сюда, погибли за свою землю и на своей земле. Встретившись взглядами, в которых не было ничего, кроме отчаяния, Дариус понял, что все это неправильно: они пришли в чужую землю со своими условиями, люди здесь жили тысячи лет, и когда-то, в одной из битв, стояли бок о бок, сражаясь с полчищами демонов, а сейчас ради прихоти одного человека тысячи идут на гибель. Это все было неправильно, и магистр понял это в одно мгновение, когда заглянул в глаза человека, который помогал собирать своих павших собратьев в ту роковую ночь.
В одно мгновение Дариус созвал совет из оставшихся старшин и сказал, что принял решение отступить на передовые позиции и немедленно отправить две депеши: одну ̶ к князю Ёрниру, другую ̶ к королю Империи. К одному ̶ с просьбой встретиться, к другому ̶ с просьбой прекратить бессмысленное вторжение. Оба откликнулись, но каждый по-своему.
Дариус встретился с князем Свободного Народа, они оба понимали, что это бессмысленно, но только вот на плечах магистра были еще тысячи убитых соратников, а для человека чести, каким он являлся, это не пустой звук. Сцириус дал слово, что как только они закончат с погребением, то скорым маршем двинутся к границе, и по дороге ни одно селение, ни один пост не будут тронуты, они будут двигаться, пока не дойдут до начала своих земель. У Ёрнира он попросил лишь одного ̶ чтобы их сопровождал его отряд. О том, что он отправил депешу королю, магистр тоже сказал, и объяснил тем, что он не будет больше продолжать эту бойню и попытается убедить в этом своего короля.
Ёрнир был старше своего соперника, но смотрел на него с большим уважением. Человек, которого вначале захлестывали амбиции, который с огнем и мечом начал свой марш по их землям, сейчас раскаялся и понял, что допустил огромную ошибку, и готов на многое пойти, чтобы ее исправить.
Они оба пожали руки, свидетелями их разговора были их же друзья, Рульф и Халерсвулф. Этого было достаточно, чтобы поверить человеку чести. Дариус Сцириус сдержал свое слово до конца. Как только его воины закончили с захоронением своих павших братьев, они скорым маршем двинулись в обратный путь, откуда началась их кровавая экспансия.
