Лафайет обнажил меч, и освещая себе путь чадящим факелом вошел под своды пещеры. Здесь, по словам крестьян, и обитало чудище. Граф прошел еще несколько шагов вглубь горы, как послышался жалобный плач. Лафайет поднял факел над головой:
— Кто здесь?
Мерцающий свет горящей древесины выхватил из темноты безобразную тушу чудовища. Покрытое шерстью и роговыми наростами оно, сжавшись в комок, пряталось в дальнем углу пещеры. Массивная цепь, крепившаяся к кольцу на кованном ошейнике твари, соединяла чудище с огромным валуном, сковывая движения и не позволяя монстру вольно перемещаться по пещере.
— Не убивай меня, рыцарь. — взмолился монстр и повернул к Лафайету уродливую морду, — Пожалуйста!
Граф подступил ближе, пытаясь разглядеть тварь, сидящую на цепи. Монстр еще сильнее втиснулся в холодный камень.
— Ты умеешь разговаривать? — спросил граф.
— Не убивай меня, благородный рыцарь, — капая слюной на каменный пол пролепетало чудище, — Я не монстр, на самом деле, я, я…
Лохматая голова задергалась в истерическом плаче:
— Я не чудовище, я не тварь…
— Так кто же ты? — Лафает был удивлен таким поведением монстра.
Чудище всхлипывая произнесло:
— Я принцесса Кларисса, меня заколдовали, — и снова разрыдалось.
— Прекрасная Кларисса?! Пропавшая без вести принцесса?! — не поверил своим ушам Лафайет.
— Д-да… — подтвердило чудище.
Граф упал на одно колено и склонил голову:
— Прости меня, моя принцесса. Я не знал. Если бы я мог помочь тебе, о Кларисса, если бы я знал, как вернуть тебе твой облик, твой прекрасный облик, хозяйка моего сердца.
Чудище понемногу успокоилось.
— Но ты можешь мне помочь, мой рыцарь.
— Эрик Лафайет фон Тауман, граф Земашский, — представился Лафайет, — лишь одно твое слово и я сделаю все! Как я могу облегчить твою участь и расколдовать тебя?
Чудище потупило глаза:
— Вообще то, тебе надо меня поцеловать. Тогда я снова обрету свой облик, и в благодарность я стану твоей женой, о мой спаситель!
— Но как же твой жених, лорд Гливон Негородский, он ведь тоже разыскивает тебя?
Чудище приподнялось на свои кривые, короткие лапы.
— Он был здесь, но испугался моего вида и отказался поцеловать меня. Он трус и лжец! Бросил меня умирать в оковах.
— Тогда я Эрик Лафайет фон Тауман разобью проклятые чары своим поцелуем, во имя моей любви к тебе, прекрасная Кларисса.
Лафайет собрал все свое мужество, подошел к монстру, зажмурился и поцеловал его. Факел, выпав из его руки, зашипел в луже воды. Когда Лафайет открыл глаза он увидел безупречный женский силуэт на фоне утреннего неба, втиснувшегося в узкие рамки входа пещеры. Граф бросился было к своей возлюбленной, но стальной ошейник и тяжелая цепь не позволили сделать ему это.
— Что это?! — Лафайет поднес руки к лицу и увидел короткие, волосатые пальцы с острыми когтями. Шерсть на затылке стала дыбом: — Как это?! Кларисса, — взвыл граф, — что ты со мной сделала?!
— Я не Кларисса. — ответила девушка, повернулась и направилась к выходу из мрачной пещеры.
Утреннее небо, едва просветленное лучами восходящего солнца, теперь затягивало тяжелыми, свинцовыми тучами. Серым караваном несли они свои воды с запада на восток. Ветер усиливался. Собирался дождь. Невдалеке от про́клятой пещеры, где по словам крестьян обитало чудище, раскинулось небольшое, местами поросшее камышом и осокой озеро. На его берегу, склонившись над водой, поджав под себя колени, сидела девушка. Из одежды на ней была лишь длинная рубаха, на серой материи которой красовался красный буйвол на синем щите — родовой герб фон Тауманов. Девушка рассматривала свое отражение в покрытом мелкой рябью зеркале мелководного озера. Она видела густые, развевающиеся на ветру, темные волосы, большие зеленые глаза, маленькую родинку у левого уголка рта.
— Н-да! Неплохо. — произнесла она и оторвалась от созерцания своего отражения.
Начал моросить дождь. Брюнетка сняла со стреноженного коня графа седельные сумки и вернулась в пещеру.
— Что-то непогодится, — девушка свалила сумки в кучу с рыцарским снаряжением. — Я надеюсь, Лафайет, ты не откажешься побыть в моем обществе еще несколько часов.
Из глубины пещеры раздался звон терзаемой цепи.
— Я убью тебя, кем бы ты ни была. Ты меня подставила.
— Эй, полегче. Ну и что? — ответила обидчица, — теперь твоя очередь сидеть чудовищем на цепи. Просто тебе не повезло.
— Не повезло?! Да я превратился в отвратительного монстра. Я сижу на цепи в темной и сырой норе. Да и вообще, кто ты такая, если на самом деле ты не Кларисса?
Девушка задумалась. Снаружи вовсю бушевала стихия. Потоки воды несли грязь в некогда спокойное озеро. Теперь оно бурлило.
— Кто я? Хороший вопрос. Во-первых, Лафайет эта пещера была моим домом три месяца. Три месяца без еды и питья. Да, кстати, я возьму у тебя немного харчей.
— К черту!
— Ну так вот, — продолжила девушка тщательно пережевывая кусок хлеба с козьим сыром.
— Во-вторых, я не Кларисса.
— Это я уже знаю.
