— Вход открыли специально, — сказал Птах. — Факт, животных мало, но немного паутины вокруг и мёртвые насекомые на полу — разгерметизация неполная. Затворы открывали и закрывали. Не знаю, сами ли сюда забирались зверьки. Но я хочу побыстрее выбраться отсюда наверх. Придумаем и сразу сбежим?
— Думаю, скоро всё закончится, — поддержала его Аня. — Посмотри, этот лес техники и припасов тянется в глубину больше километра. И мы уже прошли через большую часть музея, где расставленные экспонаты, реликты прогресса, оставались столетиями на местах. Предлагаю пройтись по оставшейся экспозиции, раз единственный известный нам выход стерегут. Тем более, что часть склада напоминает арт-объект.
Птах поднял глаза и проследил за взглядом девушки. Смешанные ряды в хаотичном порядке не слишком выбивались из всего увиденного. Но вскоре мужчина понял, что именно в ближайшем скоплении промышленных роботов казалось необычным. Сами фигуры. Собранные из трёх манипуляторов, в каждом отдельном случае, они стояли в форме одинаковых крестов. Холодок пробежал по затылку. Птах невольно повёл плечами и не спеша зашагал к искусственному лесу.
— Мы оба знаем, что нас ждёт ещё одно представление, — бросил он назад, догонявшей его Ане. — Давай поговорим об отвлечённых вещах, не теряя особо концентрации и не замыкаясь в то же время.
— Согласна, — кивнула девушка. — Так легче.
— Мне кажется, что мы привязались друг к другу не благодаря происходящему. Скорее, нам легко быть вместе. А тут и обстоятельства. К чему я: мы бы и так стали интересны друг другу, но шансы серьёзно подтасовали. Я стал раскапывать твои вещи, желая увидеть человека за сухим и коротким файлом. Ты перетерпела странность и навязчивость, перешла от неприязни к попытке показать мир вокруг. Дай нам чуть больше или чуть меньше времени, может ничего бы не вышло. Всё шло своим чередом. И тут возникает основной вопрос…
— Не привела ли я нас сюда? — смотря под ноги, перебила Аня. — Элис через меня, отчасти — через тебя, дёргала за ниточки. Может быть мои сны и воспоминания вложены, я думала об этом. Но сейчас никакой разницы нет, мы всё равно оказались бы в таком положении. Что не фатально, если посмотреть на общую картину. Мы продержимся вместе.
— Согласен с тобой, — согласился Птах. — Но давай про неотвратимость и внезапность.
— Не думаю, что такой сложный план требует от нас смерти. Такие усилия, чтобы двое сгинули, как шум ночной в лесу глухом? Чушь, скорее от нас ждут проникновения в идеи и определённой покорности в исполнении. Значит, ждать нужно иного.
— Слома? Страданий? Стой!
В этот момент скрип слева от головы девушки сменился ударом и скрежетом металла. Когда она повернулась, Птах рукой отводил один из манипуляторов. По лицу было видно, что часть удара прошла через костюм, сантиметров на пять ниже локтя. Отведя сопротивляющийся механизм под сопровождение скрежета конструкции, мужчина перехватил стальную тёмно-зелёную руку и сжал в перчатке. Согнутая и сломанная, та словно обмякла. Но тут же вслед за ней вокруг стали оживать остальные манипуляторы, словно заразная идея охватывала скрипучие промышленные роботы. Аня посмотрела, что до границы механического леса оставалось добираться с минуту. И бросилась, в одном движении увлекая за собой спутника.
Пару раз за последние двадцать шагов девушка в последний момент уходила от резкого движения. Ощущала порывы воздуха и блеск стали в трёх-пяти сантиметрах от себя. Один раз траекторию движения пришлось кардинально менять. Почти в тот же момент послышался глухой удар значительной силы, который не смог бы полностью поглотить костюм. Обернувшись, Аня увидела согнутую фигуру. Манипулятор ещё давил на лопатку, когда Птах вывернулся, всем телом подаваясь вперёд. На лице отчетливо проступила боль, которую ещё не успела подавить сеть амуниции. Через мгновение Аня остановилась, почувствовав резкое движение шлема вправо. Она бросилась в ту же сторону, ведомая уже полностью системами костюма. На дисплее медленно затягивалась царапина, оставленная металлом секунду назад.
Девушка вывалилась из ожившего леса. Она не успела увернуться ещё от двух ударов, но те почти не прошли через костюм. Повреждения не считались критичными, но Аня, ещё какое-то время лежала и успокаивалась, сбавляя частоту дыхания и вглядываясь в слабое свечение плит потолка над головой. За прошедшее время к ней успел подползти Птах. Он также тяжело дышал, но уже снял шлем и смотрел в лицо спутнице, отключив свои и её системы защиты.
— Давай выключим наши боевые костюмы и их сети, — сказал он, ещё тяжело дыша. — Не знаю, в них ли дело. В любом случае, мы переломали с десяток этих отличнейших железяк, но теперь я хочу остаться с тобой, только наедине Дыхание захватывает. Нужно перевести.
— Ты ещё медлил, — улыбнулась Аня, переводя взгляд. — Да, после такого танца приличные люди могут побыть друг с другом и дольше. Но что-то подсказывает мне, что твои волнения касаются не столько наших сердец, сколько глаз. Да, я заметила, что происходящее напоминало танец своим рисунком.