В пустом зале девушка уже успела пробежать пару шагов. Но не больше, потому что боролась с обросшим мужчиной в странной, слегка оборванной и грязной одежде. Он пытался дотянуться до её тела, резкими движениями. На таком же замаранном лице выражение желания смешивалось с глупой упорностью. Напротив, девушка с легкостью отталкивала мужчину, отводя от себя руки. Испуг на лице смешался с растерянностью, широко раскрытыми глазами с нескрываемой жалостью мерзкого толка. За несколько секунд Птах увидел, что патовая ситуация не склонялась ни в одну сторону.
В мгновение мужчина оказался рядом. Разбирать обрывки слов Птах не стал. Одним движением он отбросил человека. Тело отлетело словно набитый хламом обветшалый мешок.
Аня проводила глазами брошенную фигуру, услышала глухой сильный удар и, кажется, треск из-под обшивки ближайшей тумбы. Стон и гримаса боли на усталом лице сменялась обречённостью, словно пульсирующий свет. Потом и черты лица исчезли, потому что большую часть света и помещения для девушки заслонил собой Птах. Мужчина склонился над ней, неловко протянув дрожащую правую руку к её лицу. Аня неожиданно отодвинулась, чем передала напряжение и испуг и ему. Она увидела сомнение и страх в глазах напротив. В то же время из-за силуэта, чья тень заслонила свет, слышались протяжные слабые стенания.
— Что случилось? — не слишком уверенно спросил Птах. — Что-то не так?
— Не знаю, — ответила девушка и зажмурилась. — Слишком быстро. Ничего не успела сообразить.
— Нужно выбираться отсюда, — Птах осмотрел её и помог подняться, потянув за левую руку. — Ты сможешь идти?
— Бежать, — приходя в себя, ответила Аня.
Некоторое время она смотрела на затёртый серый пол, кое-где покрытый трещинами. Но вскоре её взгляд переключился на третьего человека.
— Мы можем ему помочь? — неуверенно спросила она, посмотрев на удивленное лицо мужчины. — Он напал на меня, но пока вряд ли опасен…
— Пока другие не подоспели на помощь, — закончил за девушку Птах. — Можем взять его. Мне кажется, это плохая идея. Но можем. Если с костюмами не будет сложностей, то проблем не возникнет. А там…
— Нет, ты прав, — на этот раз Аня перебила собеседника. — Пошли быстрее отсюда. Не стоит рисковать.
Уже через две минуты они вдвоём стояли снаружи. Открытое небо над головой оказалось непривычным. Ещё холодная ночь, чья тишина нарушалась лишь птицами, не спешила расступаться. Переглянувшись, пара двинулась прочь, не оборачиваясь и не переходя на бег. Без слов. Только спустя десяток минут первым заговорил Птах:
— Думаешь, будет погоня? — спросил он, осматривая лес вокруг.
— Трудно сказать, — девушка пожала плечами. — Какая разница? Тяжёлая техника или пилотируемые вертолёты будут замечены сверху. От остального мы в любой момент сможем скрыться, если нас не заблокируют дистанционно. Если эта машина подземелья может управлять нами с помощью наших же спутников, она способна задействовать любое орбитальное оружие — тогда беспокойства излишне, нам не скрыться.
Девушка, проводила взглядом шорохи наверху, среди крон деревьев, стараясь уловить почти бесшумное движение птицы или зверька. Но Птах остановил её, указав на включённый шлем. Девушка также включила датчики и стекло тут же дополнилось подсвеченными целями. Над их головой пролетела пара бесшумных устройств. Еще три остались в поле видимости, перебравшись с помощью длинных манипуляторов на соседние деревья.
— А если усилишь звук и отфильтруешь антропогенные источники, то услышишь несколько единиц легкой техники, — осматривая деревья вокруг, сказал Птах. — Может это военные остатки с активным камуфляжем. Может их и не прячут вовсе. Одно скажу точно — эти штуки могу двигаться почти так же быстро, как и мы. И вскоре нас окружат.
— Если будем также медлить, — ответила Аня. — Попробуем усложнить жизнь и пробежаться во всю прыть?
— Это вариант, — отозвался Птах.
Две тени рывком исчезли в тлеющем сумраке среди деревьев. Шорохи листвы последовали за ними, вытесняемые шумом небольших вездеходов, идущих следом. Очередное облако высвободило луну, заполняя холодным светом замерший лес. Движения людей разрывали остатки тишины на небольшом участке погони, чтобы вновь через пять минут сомкнуть спокойствие ночи звуками леса и шелестом ветра.
— Куда они нас гонят? — на бегу выпалил Птах. — Уже полсотни километров, мы осилили этот марафон за счёт начала износа костюмов и мышц. Так долго не может продолжаться. Может развернуться?
— Не знаю, — не отвлекаясь, ответила Аня. — Думаю, подожди немного.