— Сейчас — да; у меня было много времени, чтобы размышлять. Не перебивай больше. Тогда все было совсем по-другому: у городов не было высоких стен — они не были нужны; не было рабов и ренегатов… Мы жили бок о бок с духами, делили одни поля и леса, смотрели на одно и то же ночное небо, и звезды освещали наш путь, который казался нам верным. Но… те, кто занимался наукой, те, кто копался в самых недрах мироздания, давно знали, что наш мир не единственный. Существует множество миров, сотни, а может быть и тысячи. Одни, наверное, похожи на наш, а другие — на твой. Пять столетий назад группа ученых магов открыла проход в другой мир. Они сделали это из любопытства, даже не надеясь на успех, который уж точно превзошел все их ожидания. Подумай только — мы могли путешествовать, учиться и вбирать себя все то лучшее, что существует в других мирах. Но и это была утопия. Вместе со знаниями, которые, кстати, были весьма скудны, в наш мир пришли ваши духи. Мертвые восставали из могил, злобные твари похищали детей, убаюкивая их дивным пением в полнолуние, в лесах и горах поселилось нечто, что похищало путников, оставляя после себя лишь иссушенные скальпы; на нас, одним за другим, сыпались ураганы, наводнения, засуха, мор; ткань мироздания рушилась, проход расширялся, смешивал разные миры. В довершение всему с другой стороны стали приходить люди. Некоторые были вполне мирными крестьянами и их потомки заполонили нынешние города. Но некоторые были настроены воинственно, и нам приходилось сражаться за свои собственные земли. Апогей наступил спустя еще полвека: в первый месяц осени армия восставших мертвецов под предводительством злого духа, уничтожила один из городов. Погибло много мирных жителей. Нас призвали к ответу. Нам нужно было что-то делать, спасать то, что осталось от нашего старого мира. И мы приняли решение; да, возможно, оно было поспешным и чересчур жестким… К тому времени наш мир почти полностью растворился, превратился в своеобразный перекресток. Никто уже и не знал, что было его частью, что чужой… И мы были вынуждены пойти на крайние меры. Мы начали войну. Беспощадную и кровавую. Мы не хотели истреблять, мы лишь хотели выжить, сохранить себя. На нашей стороне были люди, тролли, гномы и болло. Последних мы заставили присоединиться силой. Некогда это был могущественный народ, который поклонялся драконам и обладал их свирепостью. Они были сильными воинами… Тролли, как ты уже заметила, любят хорошую драку и им, в общем-то, все равно за кого воевать. Гномы, обеспокоенные неизвестной нечистью, которая поселилась в горах, с огромным воодушевлением поддержали нашу идею. А люди… они устали и хотели мирной жизни. Другие расы не поддержали нас: одни стали злыми под воздействием перемен, другие же исповедовали дрянную философию, что все, что не делается — к лучшему. Так или иначе, мы воевали против всех, и нам было наплевать на последствия.
— Вы хотели спастись, — осторожно заметила Элли, когда некромант сделал небольшую паузу.
— Да, хотели. Но это ни в коем случае не оправдывает того, что мы сделали. Мы устроили геноцид, иначе это было сложно назвать. Мы руководили толпой фанатиков: под нашим руководством воины убивали новорожденных полукровок, вырезали целые поселения и сжигали леса; мы изгоняли духов или же обращали в свое подчинение, — Корвин на секунду перевел взгляд на свои руки и продолжил. — И, разумеется, все это было сдобрено политикой. Видишь ли, только люди, рожденные в этом мире могут обладать тем, что ты называешь магией. Полукровки лишены этого дара так же, как и другие расы. До открытия портала людей было не так уж и много, и мы держались вместе. Однако, когда пришли другие люди… словом, мы не стали равными. Полукровки завидовали нам, простые проклинали и считали нас изгоями, но тем не менее они шли под нашим началом на верную смерть. Мы, чисторожденные, руководили этой войной. Мы начали ее и мы пытались ее завершить.
— Ясно, — пробормотала Элли, нервно оглядываясь по сторонам; от тихой, шелестящей интонации некроманта ощутимо веяло холодом.
