Разбивая волны полностью

– Й-я-я? – заикаясь, проговорила я, хотя вовсе не считала себя виноватой в том, что отец не мог нигде задержаться надолго. Если я получала плохую оценку на контрольной, это происходило потому, что я плохо подготовилась. Точно так же и папа… Если его отовсюду увольняют, это означает только то, что он не может делать свою работу как следует. Только это, и ничто другое. Ни я, ни мама здесь ни при чем.

И все-таки я почла за лучшее взять вину на себя. Если бы сейчас я ответила на его вопрос как-то иначе, папа «расстроился» бы еще сильнее.

Но пока он оставался спокойным. Правда, от его спокойствия у меня мороз бежал по коже. Ничего удивительного, что мама так его боялась. Интересно, подумала я, пытаясь унять сердцебиение, что он собирается делать дальше?

– Выброси свое мороженое, Молли.

– Ч-что? – Этого я точно не ожидала.

– Я сказал – выброси!

– Но я еще не доела.

– Ты не хочешь меня слушаться?

– Хочу, но…

– Тогда выброси сейчас же.

Я огляделась.

– Но здесь нет никакой урны!

Отцовское лицо стало жестким.

– И это очень хорошо, иначе я мог бы заставить тебя влезть в нее, чтобы ты на своей шкуре почувствовала, каково пришлось этому парню – твоему однокласснику! – С этими словами он вырвал у меня из рук остатки рожка и, размахнувшись, зашвырнул далеко в океан. Я так и осталась сидеть, широко раскрыв рот и сжимая в липких пальцах несуществующее мороженое.

Папа снова повернулся ко мне.

– Видела, как я его выбросил? Точно так же и ты должна раз и навсегда отказаться от своих дурацких фокусов. Спрячь их в самый дальний уголок своей головы, запри на замок и выброси ключ. Именно это я каждый день твержу твоей матери. Настал и твой черед научиться держать себя в руках.

– Я хочу научиться, но не знаю – как!

– Главное – захотеть, и тогда у тебя все получится. Но если ты не хочешь… – Не договорив, он поднялся и протянул мне руку. – Ну, идем. Пора домой.

Я нехотя взяла его за руку, и мы пошли обратно к машине.

Дома отец сразу направился в кухню, достал из холодильника бутылку пива и сорвал крышку. Я вошла следом за ним и, встав у раковины, стала мыть руки, которые были липкими от мороженого. Сделав несколько больших глотков прямо из горлышка, папа вдруг сказал:

– Ну-ка, пойдем…

Он двинулся из кухни в коридор. Я шла за ним по пятам, словно собачка, скрипя по полу подошвами своих кроссовок. Перед дверью стенного шкафа папа остановился и отворил дверцу.

– Давай пошевеливайся.

– Что? Куда?! – Мое сердце испуганно забилось в груди.

– Тебе необходимо преподать урок. А теперь давай, лезь в шкаф. Не вынуждай меня тебя заставлять.

Стенной шкаф был битком набит одеждой, в основном – теплой. Почти все пространство на полу занимал пылесос.

Отец крепче сжал ручку шкафа.

– Молли… – Вторую руку он положил мне на поясницу и довольно сильно подтолкнул к шкафу.

– Но, папочка! Я не хочу! – Я почувствовала нарастающую панику. По лицу побежали капельки пота, кожа под волосами тоже вспотела и чесалась.

– Ты должна найти у себя в голове точно такой же шкаф и навсегда убрать в него свои так называемые «способности», – поговорил он каким-то чужим, механическим голосом. – Убрать и запереть, а ключ – выбросить. Я не хочу, чтобы ты снова ставила в неловкое положение своего… своих родных. Я не допущу, чтобы весь город считал нас психами. – С этими словами папа втолкнул меня в шкаф, захлопнул дверцу и погасил свет. В наступившей темноте я с ужасом услышала, как лязгнул входящий в пазы шпингалет.

– Папа! – завопила я. – Папа, открой! – Раньше я не знала, что на двери стенного шкафа есть запор. Может быть, отец установил его недавно? Специально для меня?

– Открой, пожалуйста! – Я забарабанила в дверь кулаками.

– Не кричи, Молли Бреннан. Ты должна научиться принимать наказание с достоинством… а если будешь шуметь, мне придется наказать и твою мать. В конце концов, все твои «способности» – от нее.

– Но мне страшно! – всхлипнула я.

– Вот и постарайся поскорее найти такой же шкаф в своей голове, – был ответ. – Чем раньше это произойдет, тем быстрее я тебя выпущу.

– Молли дома? Я, кажется, слышала ее голос…

Голос матери, хоть и приглушенный дверью и висящей вокруг одеждой, я узнала сразу. Судя по звуку, она стояла на верхней площадке лестницы.

– Мы с Молли обсуждали одну проблему, Шейла, – ответил отец, и я услышала, как он с топотом поднимается по лестнице. Вот его шаги зазвучали прямо над моей головой, и я невольно подняла взгляд вверх. – Я тебе сейчас расскажу, в чем дело…

Потолок над моей головой скрипнул – это мама и отец вошли в свою комнату и захлопнули дверь.