Наш современник, попавший в прошлое, волею судьбы оказался втянут в кровопролитную борьбу молодых отчаянных князей за московский великокняжеский стол. Но есть люди, которым не нужна сильная и самостоятельная Россия. Простое поручение – отвезти церковную казну в Царьград – обернулось настоящей катастрофой. Грамоты утеряны, казны больше нет. Впору опустить руки, но не таков наш герой. Он продолжает свое путешествие, по дороге превращаясь в настоящего разбойника.
© Александр Логинов, 2016
© ООО «Издательство АСТ», 2016
С низовьев Проновы[1] поднимались купеческий струг[2] и несколько пузатых паузков[3]. Шли они тяжело, тяжелогруженые кораблики чуть бортами воду не черпали. Остановились на ночлег, причалив к берегу рядом с княжеской усадьбой. По трапу с ладьи неспешно сошел коренастый купец в нагольном полушубке из овчины. Следом за ним на берег сошел монах в овчинном кафтане поверх черной рясы, сопровождал монашка статный воин в полном доспехе с накинутым поверх меховым налатником. Матросы под пристальными взорами этой колоритной парочки сгрузили на берег два вместительных дубовых сундука, окованных железом.
Демьян уже распоряжался, у пристани стояла телега, в которую слуги торопливо погрузили привезенные сундуки. Поклажу тщательно укрыли рогожами от чужих глаз. На струге крутились два татарина, рыская глазами по берегу, что-то высматривая. Присутствие татар удивления у князя не вызывало. Он уже знал, что любой торговый гость, отправляющийся в земли Орды, будь то низовые земли или крымский юрт, обязаны брать проводников из татар, проживающих в татарских дворах в столицах княжеств. Один из проводников был из Москвы, а второй из Резани.
Иван Андреевич купил татарчонка с потрохами. За отваленное проводнику серебро тот не только продал своего хана, но готов был душу продать. Риск, что татарин вздумает предать нового хозяина, был, но невелик риск.
Семья проводника проживала в Резани. Так что в верности татарина можно было не сомневаться, очень уж мужик любит своих детей и красавицу жену. Она у него русская, из полона, угнанного несколько лет назад в Орду. Девахе тогда едва исполнилось тринадцать лет, и красота сыграла с ней злую шутку – продали ее еврею-работорговцу за двести аспров, тот ее перепродал в Тане греку-работорговцу уже за пятьсот аспров. С началом навигации быть бы проданной Ульяне в Италию, да видно хранили ее ангелы.
Игнат, так звали проводника, живя на Руси, поменял веру, крестился, взял русское имя и собирался взять в жены Ульянку. Договоренность с ее отцом, зажиточным крестьянином из-под Старой Резани, у Игната имелась, но разбойничий набег ватажки татар разлучил его с невестой.
Получить информацию о пленнике не сложно, вызнал Игнатка, кому продали невесту, и сделал выводы. Взял серебра у отца девахи, выгреб всю свою заначку и отправился прямиком в Тану. Но не успел, пинаса, на которой увезли проданных рабов, ушла в море за два дня до его прибытия. Парень чуть голову не потерял от горя. Да русский купец, с которым прибыл Игнатка, помог – не стал расторговываться в Тане, рискнул доплыть до Кафы. Там Игнатку ждали новые мучения. Рабыню выставили на торги, и начальная цена оказалась запредельной. Виноват в этом сам Ромео – любовь отшибает мозги напрочь. А говорят, что татары хитрые… Грек просек тему и понял, что можно сорвать приличный куш. Вообще-то он собирался продать русскую девчонку за две тысячи аспров, но раз такое дело, то цена поднялась до десяти тысяч аспров. Естественно, никто из приезжих работорговцев покупать рабыню за такую сумму не стал, но грек не так прост. В результате многодневного торга цена была скинута до сорока сомов.
Таких денег у Игната не было. Он имел на руках только лишь семь резанских рублей – сумма вполне достаточная при обычных обстоятельствах. Грек предложил выход – Игнат находит половину суммы сразу, остальное серебро выплачивает в течение трех лет. Девушка остается у продавца на это время в услужении, а чтобы обращались с ней по-доброму, платит Игнат еще по двести аспров ежегодно.
То, что рабыня одной веры с купцом, грека абсолютно не смущало. Ну христианка, так ведь православная ведь, а для грека-католика православная рабыня все равно что язычница. Игнат с ног сбился, но нашел серебро, правда, не все, но двадцать сомов набрал.
Православного священника в Кафе найти не проблема. Куча церковников шастает из Руси в Константинополь и обратно. Попик быстренько обвенчал молодых, ничуть не смущаясь малым возрастом невесты.
Слушая историю женитьбы проводника, Андрей ничему не удивлялся, в гареме одного татарского бека он давеча обнаружил наложниц, самой младшей из них – от силы семь лет от роду. На свою беду бек остался жив после битвы, и Андрей отдал его мужикам на потеху. Что они с ним сделали – об этом лучше не вспоминать, но насиловать бек уже никогда не сможет, и даже саблю в руках ему не держать более.
Зато жив остался. Лука, после того как мужики натешились, обменял бека-педофила на бурдюк с кумысом.
Заместитель князя по торговой части московский и резанский гость[4] Иван Андреевич ссудил Игната серебром, и по зиме Игнат в сопровождении нанятых воев боярина Маслова съездил в Крым и выкупил жену полностью. Правда, жадный грек все равно вытряс с Игната аспры, оговоренные в договоре купли-продажи.
