– А я привезла тебя в замок на вершине холма, – в свою очередь заявила Клара. – В местность, где маловероятно увидеть дороги с гравием или вычищенные от снега.
– Я именно об этом просил.
– Что, если я скажу тебе, что у меня был скрытый мотив привезти тебя сюда? – спросила Клара.
– Какой скрытый мотив? – В голову лезли разные мысли: она хотела наказать его или заманила сюда, чтобы рассказать о дочери.
– Я зарезервировала это место для другого клиента. – Клара глотнула еще бренди, глядя на него поверх стакана. – Клиент отказался, и я осталась с невыплаченным счетом за предварительный заказ, поскольку контракт был нарушен. А устройство твоего Рождества означало, что я не понесла расходов.
Это не то, чего он ожидал, но не мог не восхититься ее деловым подходом.
– Значит, все-таки это ты виновата в том, что нас занесло снегом, и мы отрезаны от мира в замке на верхушке холма.
– Послушай, ты же просил снега на Рождество.
Джейкоб помимо воли рассмеялся. То, что они обменялись колкостями, сняло напряжение. Клара тоже засмеялась. На секунду она показалась ему прежней Кларой, женщиной без горечи в душе. Джейкоба всегда привлекала ее способность радоваться.
– Прости, – сказала Клара. – Поверь мне, я на самом деле не предполагала, что так получится.
– Верю-верю, – ответил с улыбкой Джейкоб. – Ты ведь ясно дала мне понять, что готова быть где угодно, но не здесь со мной.
– Вовсе не где угодно. – Она как-то странно на него взглянула. – Я… должна была находиться сегодня вечером в другом месте.
– С Айви.
– Правильно.
– Ей должно быть сейчас. четыре года? – Даже такой простой подсчет было тяжело произвести. – С ней все хорошо? Она с Мерри?
Клара изогнула брови.
– Вдруг заинтересовался ребенком, о существовании которого не знал еще час назад? Ты раньше и слышать не желал о детях.
– Я такого не говорил. Но ты беспокоишься о ней, а я беспокоюсь о тебе.
– Не стоит беспокоиться. – Клара вздохнула. – У Айви чудесный «ночной девичник» с одним из самых любимых людей в ее жизни, и благодаря истории о том, что Санту занесло снегом, у нее в этом году, возможно, будет два Рождества, если я не выберусь отсюда вовремя. Она, конечно, скучает по мне, но с ней все замечательно.
Джейкоб протянул руку, взял бутылку бренди и налил немного в оба их стакана.
– Раз уж мы застряли здесь… нам надо поговорить. О ней. У нас не будет более удачной возможности, чем эта.
Клара поморщилась:
– Знаю. И ты заслуживаешь узнать все. На этой неделе я поняла. Дело не в том, что мы не разговаривали, когда были женаты. Что у нас с тобой было? Страсть и физическая близость. – Клара махнула рукой. – Мы думали, что наша тяга – это что-то свыше, что у нас невиданная до сих пор любовь. Но узнать по-настоящему, что в душе каждого, мы не смогли.
Джейкоб смотрел, как переливается медового цвета жидкость в стакане. Она права. Он позволил ей увидеть лишь часть себя, ту часть, которая соответствовала его имиджу – упорно работающий, ответственный, успешный бизнесмен. Каким всегда был его отец.
Другие стороны своей натуры он спрятал – те, которые как бы не существовали. Те стороны, из-за которых семье было стыдно за него.
Что было бы, покажи он это Кларе? Или из-за этого она скорее оставила бы его?
– Я всегда знал, – медленно проговорил он, – что-то было не так, когда ты ушла. Я не мог понять, что это. Думал, что дело во мне, что я разочаровал тебя. И это было так, я знал. Но ты не поэтому не вернулась и не попыталась начать все заново. Это из-за.
Клара закончила:
– Из-за того, что Айви была для меня важнее.
– Вот почему я не мог заводить детей: до меня не доходило, что другие люди могут так много для меня значить. – Джейкоб наклонил стакан и допил последние капли бренди.
Клара нахмурилась:
– Ты хочешь сказать, что ты эгоист? Потому что ты трудоголик и частенько забывал, что за стенами офиса есть жизнь? По-моему, твой план идеального Рождества говорит о том, что ты в состоянии подумать о других, когда захочешь.
У Джейкоба в мозгу промелькнуло: «Не говори всего». Но… это его последний шанс. Вряд ли у него будет еще возможность объясниться с ней, чтобы она поняла, каким мужем он был и почему.
Джейкоб смотрел ей в глаза и заметил в них слабую искорку. Ему привиделось или нет? Неужели до сих пор существует связь между ними? Ниточка, которая тянет их друг к другу, спустя все эти годы?
А вдруг правда разорвет эту ниточку? Или, наоборот, правда привяжет ее к нему снова?
– Я однажды совершил ужасную ошибку, – произнес он.
– Только однажды, Джейкоб? Да я совершала сотни ошибок. – Она, конечно, шутит, потому что откуда ей знать о том, что его рассказ совсем не веселый. – Что случилось?
– Мои родители. Они пошли в гости на Рождество и оставили меня с Хизер. Мне было шестнадцать, Хизер – шесть. Я злился, потому что рассчитывал провести время с друзьями, а вместо этого сидел нянькой с сестрой. – Через стол на него смотрели широко раскрытые глаза Клары. Она напряженно ждала, хотя должна была знать, что все закончится благополучно, раз Хизер жива.
