Джейкоб помнил каждый момент, помнил запах елки в холле, запах пряностей для глинтвейна в кастрюле на плите.
– Я на кухне занимался химическими опытами. Я, кажется, говорил тебе, что собирался стать ученым.
Клара покачала головой:
– Нет, не говорил. Ты хотел быть ученым, как твой отец?
– Да, как отец. – Он сглотнул слюну. – Я отправил Хизер лечь пораньше спать, чтобы она мне не мешала. Я пробовал один опыт, о котором прочитал… пламя в бутылке, когда зазвонил телефон. Я отошел от стола. – Господи, как ясно он все видит. и чувствует ужас, застрявший где-то в глотке. Словно это происходит снова и на этот раз он не сможет этого остановить. – Я был далеко, когда услыхал взрыв. А потом крик Хизер. – Ком в глотке разросся и душил его. – Эксперимент. Пламя должно было оставаться в бутылке, сжигая метанол, но я что-то напутал, и произошел взрыв. А когда я вернулся. Хизер.
– Господи, Джейкоб, – прошептала Клара, потянулась к нему и взяла за руку.
Он с благодарностью сжал ей пальцы.
– Она спустилась вниз посмотреть, что я делаю. Она оказалась у стола, когда произошел взрыв. Ее руки.
– Я видела шрамы, – сказала Клара. – Но я не думала. Она всегда закрывала руки одеждой, поэтому я не осмелилась спросить. А наверное, надо было.
– Нет. Мы не. Никто в семье не говорит об этом. Мы делаем вид, что несчастья никогда не было. – Хотя не проходило и дня, чтобы Джейкоб не думал об этом. – Отец считает, что нам повезло. Хизер подняла руки, чтобы закрыться, когда бутылка взорвалась, но огонь попал на пижаму. Я схватил плед и накинул на нее, сбив пламя, но. – Джейкоб с трудом перевел дух. – Пожарник сказал, что она обгорела бы сильнее, если бы я не действовал так быстро. Если бы у нее загорелись волосы, ее тогда невозможно было бы узнать. Она могла ослепнуть.
Клара крепче сжала ему руку.
– Но она не ослепла. С ней все обошлось. Она сейчас вместе с родителями ждет, когда расчистят снег. Она здорова, Джейкоб.
«Она жива». Сколько раз по утрам это было его первой мыслью. Хизер жива, а все остальное можно преодолеть: неудавшуюся сделку, трудное решение по бизнесу. Но с тех пор уже ничто не было прежним. Родители больше не смотрели на него, как раньше. Они любили его – он это знал. Возможно, они простили его, но не смогли любить его так же, как раньше, до несчастья с их маленькой девочкой, причиной которого он стал. И доверить ему заботу о людях нельзя.
Ему повезло. Так сказал отец. Но Джейкоб знал, что он не сможет снова полагаться на свое везение. Свою долю везения он израсходовал, и все, что у него осталось, – это напряженная, упорная работа.
И решимость больше не подводить семью. И никогда больше не нести ответственность за ребенка.
Он думал, что брак ему доступен, а в результате он Клару подвел. И тут провал. Он не обращал на нее внимания, как и на Хизер в тот вечер. Правда, разница была: Клара взрослый человек.
Но он ранил ее своим невниманием, и она ушла. Винить ее за это он не мог.
Клара не отпускала руки Джейкоба. Сердце разрывалась от сочувствия и боли за того мальчика-подростка. Мальчик в шестнадцать лет повел себя так, как свойственно его возрасту, пусть и неразумно.
– Джейкоб, ты не виноват, – сказала она.
– Как ты можешь такое говорить? Это полностью моя вина. От начала до конца.
Ужасно, но он прав.
– Ты был ребенком.
– Мне было шестнадцать. Вполне достаточный возраст, чтобы ощущать ответственность. В глазах родителей я не оправдал их доверия.
И себя он так и не простил – это Кларе было ясно. Годами он нес груз своей вины, и это отразилось на всем, что он делал с тех пор.
Даже на его браке с ней.
Клара отняла руку и откинулась на спинку стула. В мозгу словно прокрутилась кинопленка, и она заново просмотрела историю их с Джейкобом отношений. Теперь она смотрела на это другими глазами, и очень многое обрело смысл, чего раньше не было.
Вот где кроется корень его решимости быть успешным ежедневно, в каждый момент. Вот почему он весь отдавался работе, чтобы снова не подвести отца, принести семье славу, деньги и успех и таким образом искупить свою вину перед семьей.
Наконец-то Клара поняла, почему он настолько был против детей. На его попечении был оставлен ребенок, и произошла трагедия.
Полжизни Джейкоб нес в себе эту вину, старался, как только мог, не оказаться неудачником.
Клара успела узнать Джеймса Фостера. Он хороший человек, хороший отец, но… чрезмерно требовательный. Ученый-новатор. Он многого в жизни достиг и ожидал того же от своих детей.
Она могла лишь вообразить, какого рода ожидания вкупе с тяжестью вины вынуждали Джейкоба добиваться собственного успеха.
Клара снова внимательно посмотрела на своего почти бывшего мужа – посмотрела по-новому. Неожиданно мужчина, которого она, как ей представлялось, хорошо знала, оказался абсолютно иным.
И никогда не поняла бы этого, если бы не ко времени начавшийся снегопад, оторвавший их от мира в замке среди шотландских холмов и равнин.
