Он – отец ее ребенка. Человек, о котором она всегда думала, что ни дети, ни семья его не интересуют, потому что у него другие приоритеты, то есть успех. Но это была лишь часть правды – она поняла это сейчас.
Он не гонялся за успехом – он убегал от поражения. Потому что Джейкоб Фостер боялся. Страшно боялся не преуспеть. Он напряженно работал, чтобы показать, что он успешен, не подозревая, что ей необходимо совсем другое – чтобы муж был с ней. Вот почему он избегал настоящих семейных отношений – всего того, что Клара сама узнала, когда в ее жизни появилась Айви: что дети, семья и любовь, и все это вместе, помогают легче пережить неудачу и вселяют надежду на то, что после шага назад можно шагнуть вперед.
Джейкоб пропустил четыре года в жизни Айви. Но сможет ли она убедить его, что одна-единственная ошибка подростка не должна разрушить всю его жизнь? Есть ли шанс сделать так, чтобы он не пропустил и следующие годы?
А у нее есть смелость узнать это? Клара не была уверена.
– Все эти годы, – произнесла она, осторожно подбирая слова, – ты винил себя за это?
– Это была моя вина, – опять повторил Джейкоб. – Конечно.
– А Хизер винила тебя? А твой отец? Твоя мать?
– Хизер? По-моему, она не помнит. А мама не хочет об этом говорить, так что я не знаю, что она думает.
Клара считала, что они давно его простили. Но этого недостаточно, если Джейкоб сам не простил себя.
Что касается нежелания Шейлы говорить о несчастье, то Клара могла ее понять. Шейла, разумеется, хотела защитить дочь, стараясь не травмировать ее воспоминаниями, но, отказываясь говорить об этом, она, возможно, и не сознавала, как сильно ранит сына.
– А отец? – Джеймс Фостер обычно отличался справедливостью, но планка успеха у него была очень высока.
– Я. Я уже говорил, он называет тот случай нашим счастливым спасением. Как только Хизер привезли домой из больницы, он заставил меня дать ему обещание никогда в жизни не допускать такого ужасного промаха. И я больше не допустил ничего подобного.
Он прожил свою жизнь, стараясь не оступиться. Что это способно сделать с человеком? И что это сделало с Джейкобом?
– Не допустил, по крайней мере, пока ты от меня не ушла, – добавил он.
Клару словно обдали холодной водой. Он считает их брак своим личным поражением.
– То, что я ушла. это была не только твоя неудача, Джейкоб. Мы были слишком молоды. и мы хотели разные вещи. – Но сейчас она думала о том, как могла бы сложиться у них жизнь, знай она его секрет. Была бы в состоянии донести до него, что постоянное чувство вины приведет его в никуда? Не поздно ли его переубедить?
– Я на самом деле думал, что мы предназначены быть вместе. Только по этой причине я рискнул. Я знал, что не смог бы взвалить на себя заботу о ребенке, но вот позаботиться о тебе я, как мне представлялось, смог бы. Но я ошибался.
У Клары все перевернулось в душе. Она не в силах уйти от него. Она обязана помочь залечить его рану, пусть даже это станет заключительным аккордом в их браке. Но хватит ли у нее смелости показать ему, что есть другая жизнь, жизнь, где ему не нужно будет так опасаться неудач? Жизнь, где есть любовь, и не важно, если что-то пошло не так? Жизнь, где прощение происходит само собой?
А она-то верит, что любовь еще возможна? Не уверена. Но ради Айви она должна узнать.
Одна ночь. Одна ночь, чтобы узнать, решит ли Джейкоб стать частью жизни дочери и простит ли ее за то, что она скрывала от него существование Айви.
Одна ночь, чтобы выяснить, есть ли будущее у их брака.
До того как расчистят снег, ей необходимо это узнать. Узнать наверняка.
Да, ей страшно узнать правду, но ради дочери она пойдет на это.
Спазм в горле мешал говорить, но она все-таки выговорила:
– Пойдем. Я разожгла камин в большой гостиной. Возьмем туда еду и вино – там уютнее. У нас с тобой впереди долгая, долгая ночь.
Джейкоб потер ладонью лицо, глядя на себя в зеркало ванной. Он должен сосредоточиться. Клара ждет его, вероятно, с бокалом вина и праздничным угощением в романтической обстановке у горящего камина. Ясность мысли ему необходима, чтобы не испортить того, что может сейчас произойти.
С Хизер уже ничего не изменится. Шрамы, полученные по его вине, останутся у нее на всю жизнь. С этим он давно смирился и благодарил провидение за то, что она с ними.
Почему он не рассказал Кларе раньше о Хизер? Наверное, не хотел, чтобы она узнала, какие ошибки совершил ее будущий муж. До их брака она всегда смотрела на него с любовью и обожанием.
Ему надо расспросить ее об Айви. Он узнал о том, что он отец, всего-то пару часов назад, не вполне это осознал и сначала испытал ужас, так что не совсем понимает, как ему с этим справиться.
Но Клара поняла наконец его отношение к отцовству. И что она от него хочет?
– Я включила разогревать духовку, – с улыбкой сообщила Клара, когда он открыл дверь. – Напомни мне пойти и поставить туда еду, когда запищит телефон.
– Конечно. – Он взял бокал с вином, который она ему протянула, и улыбнулся в ответ.
– Я подумала, что нам лучше выпить что-нибудь легкое, не очень крепкое, поскольку сейчас всего лишь полпятого.
