Но если генерал Сент-Клэр был уверен, что каким бы безжалостным ни было уничтожение сотен солдат, этой резней ограничится его попытка скрыть свое убийство, то развязывание массовых репрессий партийными руководителями породило последствия значительно больших масштабов во времени и пространстве. Представив свои предложения по тройкам, расстрелам и высылкам, Эйхе, Хрущев, Икрамов, Постышев, Варейкис, Мирзоян, Шарангович, Евдокимов, Рындин и другие открыли «ящик Пандоры», из которого на страну обрушились неисчислимые бедствия.
Вымыслы партийных секретарей относительно масштаба антисоветской оппозиции и тем более наличия организованных контрреволюционных повстанческих группировок неизбежно породили новые фантазии, которые не могли не ударить по людям за пределами тех социальных и политических категорий, которые в течение 20 лет советской власти подвергались дискриминации. Огульность, возведенная в принцип, сделала мишенью внесудебных преследований многих советских людей. В то же время, разрастаясь, клеветнические доносы не могли обойти организаторов репрессий.
Вся идейно-политическая ограниченность инициаторов репрессий проявилась в том, что они и не задумывались о долгосрочных последствиях своих действий, вызванных желанием удержаться у власти любой ценой. Политическая недальновидность Эйхе и других партийных руководителей, стремившихся навязать руководству страны политику массовых репрессий, проявилась в том, что они не учли последствий выступления против Сталина без его отстранения от власти, а также его сторонников. Поскольку они не могли противопоставить Сталину никого из своих рядов, кто бы мог возглавить партию и страну, они попытались руководить Сталиным. При этом они проявляли полное непонимание его политики. Они не сознавали значения ни осуществлявшихся под его руководством преобразований общества, ни последствий своей борьбы против этой политики. Они не замечали, что, добившись тактического успеха и навязав сталинскому руководству репрессии, они превратились в смертельных врагов этого руководства со всеми вытекающими из этого обстоятельства последствиями.
Согласие руководства страны рассмотреть «лимиты», представленные секретарями обкомов и ЦК республик, резко изменило характер подготовки к выборам. Жуков писал, что на первых же партийных активах, проведенных в Москве и Ленинграде 4–5 июля, «не говорили ни о сути и особенностях новой избирательной системы, ни о подготовке агитаторов и пропагандистов к выборам. Внимание было сосредоточено на другом, не имевшем отношения к пленуму, но готовившем членов партии к тому, что должно было неизбежно вскоре произойти».
В резолюциях этих активов содержались призывы к борьбе против врагов, которые могут воспользоваться выборами. Резолюция, принятая по докладу секретаря МКиМГК Хрущева, гласила: «Каждый партийный и непартийный большевик должен помнить, что враги народа, подонки эксплуататорских классов — японо-германские фашистские агенты, троцкисты, зиновьевцы, правые, эти шпионы, диверсанты и убийцы, будут всячески пытаться использовать выборы для своих вражеских контрреволюционных целей… Разоблачение, выкорчевывание и разгром всех врагов народа являются важнейшим условием успешного проведения выборов в советы, осуществления сталинской конституции и дальнейшего победоносного продвижения нашей страны к коммунизму».
Позже, выступая на собрании 14 августа 1937 года, Хрущев говорил: «Нужно уничтожить этих негодяев. Уничтожая одного, двух, десяток, мы делаем дело миллионов. Поэтому нужно, чтобы не дрогнула рука, нужно переступить через трупы врагов во благо народа!»
Резолюция, принятая ленинградским партийным активом, гласила: «Боевая задача ленинградской партийной организации заключается в том, чтобы выкорчевать до кошщиз партийных, советских, профсоюзных и комсомольских организаций вредителей, шпионов, контрреволюционных троцкистско-зиновьевско-бухаринских выродков и поставить на все участки работы преданных делу социализма воинствующих партийных и беспартийных большевиков, верных сынов партии и родины».
Как подчеркивал Жуков, «после столь откровенного призыва превратить предвыборную кампанию в „охоту на ведьм“ не стал удивительным ход четвертой сессии ЦИК СССР седьмого созыва, открывшейся… 7 июля».
В своем докладе о проекте «Положения о выборах в Верховный Совет СССР» Яковлев фактически повторил то, что он говорил на июньском пленуме ЦК. «Однако, — как замечал Жуков, — доклад Яковлева оказался гласом вопиющего в пустыне». Почти все ораторы говорили о необходимости бороться против врагов народа. Руководитель BЛKCM А. В. Косарев не стал говорить о выдвижении кандидатов от комсомола, но зато призвал поддержать на выборах тех, «кто борется с изменниками делу Ленина — Сталина, кто борется с предателями родины, врагами народа — троцкистами, бухаринцами и иными двурушниками, кто умеет обнаруживать этих врагов и обезвреживать».
