Я была жутко горда собой. Мой голос не дрогнул, а щеки не покраснели… пока.
– Прямо сейчас? Нет. Но было несколько.
– Я помню… Лора Клайн. – Я скорчила гримасу и рыгнула, как будто меня тошнило.
Он улыбнулся.
– А почему тебе это интересно? Или у тебя на уме мальчики и прочее подростковое дерьмо?
Я наклонила голову.
– Подростковое дерьмо?
– Сама знаешь… – Он махнул в воздухе рукой. – Держаться за руки и все такое прочее.
– Не знаю… Но… наверно… да.
– И кто этот чувак?
Я смотрю на него, подумала я про себя.
– Один парень, – уклончиво сказала я.
– А-а-а… он парень. Не мальчик. Значит, постарше… лет пятнадцати? – поддразнил он.
Я прищурилась.
– Гораздо старше пятнадцати.
Лахлан нахмурился.
– Малышка, все, кто старше пятнадцати, слишком старые для тебя.
– Неправда.
– Еще какая правда, – настаивал он.
Я подняла валявшийся рядом лист и повертела в руках. Откуда ему знать, что для меня лучше всего. Никто этого не знает, кроме меня.
– Могу ли я дать тебе один совет?
Я подняла на него глаза и неохотно ответила:
– Наверно, да.
– Каждый парень твоего возраста – мудак. Не верь им.
– А как насчет твоего возраста?
Он улыбнулся мне так, что я едва не задохнулась.
– Мы тоже мудаки. В принципе лучше не доверять никому из нас. А все эти поцелуйчики? – Он покачал головой. – Я бы советовал тебе этого не делать.
Я прищурилась.
– А что мне можно делать?
– Пишите письма или пожимайте друг другу руки.
– Пожимать руки? – скептически уточнила я.
– Да. Это все, что тебе нужно.
Я нахмурилась и не сказала ни слова. Я сама не знала, чего мне хочется, но точно знала одну вещь: мне не хотелось пожимать ему руку. Я посмотрела на Лахлана и поймала на себе его взгляд. Его брови сошлись на переносице. Я не решалась спросить его, о чем он думает. Боялась получить от него очередную порцию «мальчишеских советов».
– Который час? – быстро спросила я.
Лахлан на секунду дольше задержал на мне взгляд и схватил телефон.
– Сейчас два пятнадцать.
– Ночи?
– Нет. Дня. Просто солнце решило сегодня не вставать.
Я легонько пнула его ногой. Затем встала и стряхнула с шортов налипшую грязь.
– Мне нужно домой.
Мне не хотелось уходить. Казалось, Лахлан поднялся по этой лестнице всего несколько секунд назад, как вдруг наше время истекло.
– И надолго ты домой? – спросила я.
– На неделю, а потом я должен вернуться в колледж.
Я уставилась на половицы. Неделя даже близко не соответствовала тому времени, которое я надеялась провести с ним. Но, как говорится, и на том спасибо.
Лахлан встал.
– Что не так?
– Ничего.
Лахлан шагнул ко мне и братским жестом потрепал меня по голове. Я лишь крепко стиснула зубы.
– Все, что я тут говорил о мальчишках… ты же знаешь, я просто присматриваю за тобой, верно?
– Знаю. Спасибо, – буркнула я, уворачиваясь из-под его руки.
Можно подумать, мне нужны его предупреждения. Кто я ему? Точно не младшая сестра. Если мне это понятно, то почему не понимает он?
– Я здесь на неделю, – крикнул он мне вслед. Я остановилась. – Я привез для тебя фейерверки. Я знаю, что пропустил твой день рождения, но подумал, что мы еще можем их запустить.
Это было мирное предложение.
Прежде чем спуститься по лестнице, я улыбнулась ему.
– Звучит неплохо.
– Ты уверена, что с тобой все в порядке? – спросил Лахлан.
Прежде чем вскочить в седло, я оглянулась на него. Он смотрел на меня, и в глазах его застыла тревога. Пару секунд я буквально купалась в ней.
Хотя он отсутствовал так долго, ничего не изменилось. Он по-прежнему был рядом, и я молила Бога, чтобы он всегда оставался со мной. Знала, что время, возраст и опыт никогда этого не изменят.
– У меня все нормально, – сказала я и поскакала домой.
Да, у меня все было нормально… пока.
Я просыпаюсь, задыхаясь.
Мои пальцы судорожно сжимают простыни. По позвоночнику стекает пот, сердце колотится. Мне требуется минута, чтобы понять, где я. Когда это происходит, я зарываюсь лицом в ладони. Я хочу вернуться в воспоминания и жить в них, там, где все было так легко и просто.
Я делаю глубокий очищающий вдох, поднимаю голову и осматриваюсь по сторонам. Я ожидаю увидеть его в углу, где он сидит, скрючившись, смотрит на меня, хихикает, выкрикивает мне в лицо грязные ругательства. Но нет, здесь никто не смотрит на меня с ненавистью.
Здесь только я. И больше никого.
Я обнимаю себя за талию, поворачиваю голову и смотрю, как медленно восходит солнце. И все время думаю о Лахлане.
– Как дела, Наоми?
Я смотрю на доктора Ратледж и сажусь.
– Хорошо.
– Как спалось? Хорошо?
– Думаю, да.
– Отлично. – Она делает глоток кофе и берет ручку. – Может, тогда начнем? Ты можешь сказать мне?..
– Скучала по мне? – шепчет Макс.
Внезапно он оказывается рядом со мной. От неожиданности сердце делает в моей груди сальто.
Его присутствия достаточно, чтобы отключить реальность. Я по-прежнему смотрю перед собой, но скашиваю глаза на звук его голоса и буквально впитываю его черты. Разлет темных бровей. Светло-карие глаза. Изгиб губ. Мои пальцы впиваются в подлокотники. Я не могу протянуть руку, чтобы потрогать его. Как же мне его недостает!
