Его пальцы погрузились в мои мокрые волосы. Мои руки сами потянулись вверх и обхватили его шею. Я вцепилась в него, словно он был моим якорем, моей последней надеждой на спасение. Я стояла на цыпочках. Мои локти лежали на его плечах, и я схватила свой капюшон и натянула его над нашими головами. Я так долго ждала этого поцелуя и ни с кем не хотела делить Лахлана. Даже с дождем.
Его струи падали вокруг нас, стучали по моему капюшону. Лахлан осторожно наклонил мою голову набок. Поцелуй сделался более жадным. Ощутив на губах его язык, я открыла рот. Лахлан что-то пробормотал, и я ответила ему легким поскуливанием. Я не знала, правильно ли я делаю то, что делала. Просто следовала тому, отчего мне становилось хорошо.
Мой язык робко коснулся его языка. Лахлан придвинулся ближе. Я чувствовала его сквозь джинсы. Я шумно дышала через нос.
Тяжело дыша, он резко отстранился от меня и уперся лбом в мой лоб.
Мы не проронили ни слова.
Очередное утро.
Очередной день в кабинете доктора Ратледж.
Прежде чем она спросит меня, как я и что случилось дальше, мой рот уже открыт, и слова льются из него рекой…
– Мне нравится, что у тебя получилось.
– В самом деле? – спросила Лана.
Я повернулась и улыбнулась ей.
– В самом деле.
Я обошла гостиную, разглядывая всякие мелочи, которые Лана расставила по всей квартире, чтобы сделать пространство своим. Оказывается, в магазинах подержанных вещей можно найти что-то стоящее. Или же у Ланы просто хороший вкус. Она выбрала вещи, которые сами по себе выглядели бы старыми и безобразными. Но все вместе они прекрасно гармонировали друг с другом.
Тут стоял большой, светлый книжный шкаф, а в его нише – телевизор и музыкальный центр. Удобный коричневый диван с большим зеркалом в позолоченной раме на стене позади него. И повсюду, где только можно, цветы. На кухонном столе, в гостиной. Настоящие или искусственные. Для Ланы это не имело значения. Я спросила ее, почему их так много. Она сказала, что когда смотрит на цветы, ее настроение мгновенно поднимается.
Лана посмотрела на подушку, лежавшую на коленях, и сняла с нее нитку.
– Мне понравилось выбирать вещи.
– А мне было весело ходить с тобой по магазинам и помогать тебе выбирать. – Устроившись на диване, я посмотрела на нее.
– У тебя все хорошо? – спросила я.
– Да. Все в порядке.
Это ее обычный ответ. Каждый раз, когда она это говорила, ее голос был лишен каких-либо эмоций. Но сегодня я услышала в нем волнение, увидела в ее глазах крошечную искру надежды.
Она поджала колени к груди и наклонилась, словно делилась секретом.
– Я записалась на онлайн-курсы в колледже, – призналась она.
– Замечательно!
Лана пожала плечами и отвернулась, чтобы я не видела заливший ее щеки румянец.
– Это не так много, но…
Я подняла ладонь в предостерегающем жесте.
– Немедленно прекрати. Не говори так. Это огромный шаг в правильном направлении.
– Я знала, что ты так скажешь.
– А для чего нужны друзья?
Лана тепло улыбнулась.
– И все же я хочу поискать работу.
– Тоже неплохо, – осторожно согласилась я.
Ей непременно нужно было действовать так, как она хочет. Конечно, я могла до посинения подталкивать и уговаривать ее, но в конечном итоге окончательный выбор оставался за ней.
– Думаю, да, – сказала она, проводя пальцами по диванной подушке. – Я думала о том, что ты сказала.
Я кивнула – мол, говори дальше, тебя слушаю.
– Вчера я трижды заходила в книжный магазин. Бродила между полок, глядя на кассу, и просто ждала, когда мне, наконец, хватит смелости подойти и спросить, можно ли к ним устроиться. Я всякий раз трусила, и теперь все, кто там работает, вероятно, думают, что я назойливая дурочка.
Она робко улыбнулась мне. Я нахмурила брови.
– Я же сказала, что помогу тебе с поисками работы.
– Знаю. Но я подумала, что чем раньше это случится, тем лучше. Я же не могу жить всю жизнь на свои сбережения.
– Что, однако, было бы здорово, не правда ли? – поддразнила я.
– Еще как! – согласилась она.
– Послушай… – задумчиво сказала я. – Прошло всего три недели. Ты только привыкаешь к своей новой жизни. Зачем торопить события?
– Сколько времени мне, по-твоему, понадобится?
– Не имеет значения. Это ведь не товар с ограниченным сроком годности. Просто не торопись, а там будет видно.
Она посмотрела на меня и тихо спросила:
– Как там Макс?
– Нормально.
Я не сказала Лане о разговоре, который подслушала между Максом и ее отцом. Не видела причин. У нее все хорошо, так зачем ей что-то знать? Скажи я ей правду, как весь прогресс, которого ей удалось достичь, разобьется вдребезги.
– Ты говорила с Лахланом? – спросила она.
Ее голос звучал беззаботно, но она буквально прожигала меня взглядом.
Я вышла на балкон и посмотрела на стоящие вокруг высокие здания. Мне не хотелось говорить о Лахлане. Он был призраком, которого следовало отправить на покой. И все воспоминания о нем нужно похоронить вместе с ним. Но одно упоминание его имени вновь пробудило их: как мы с ним лежали на полу домика на дереве и говорили, говорили, говорили. И тот самый первый поцелуй, который перевернул мой мир с ног на голову.
