Теперь у меня было достаточно времени, чтобы полностью погрузиться в работу над своим творением. Вернувшись домой, я устроился в рабочее кресло и стал безостановочно набирать текст будущей книги. Мною уже было написано около сотни страниц, которые включали в себя в основном выдержки из диалогов с моими собеседниками. А они охотно делились со мной своими историями, проблемами и жизненными убеждениями. Каждому из них я посвятил отдельное место в своей книге, и еще одно я оставил для моего последнего собеседника. К вечеру я уже написал целую главу, посвященную встрече со Сказочником, ее продолжение я видел в следующих главах, но лишь после того, как вновь смогу увидеться и пообщаться с данным персонажем. И у меня это непременно получится, так как я уже договорился с охранником Бобом, и он, безусловно, поможет мне. К сожалению, я не могу рассказать ему всего того, что происходит со мной и какую цель я преследую на самом деле. Ведь тогда велик риск потерять возможность вновь поговорить с загадочным пациентом, так как Боб не сможет поверить в произошедшую со мной историю. Он относится к тому типу людей, кто любит удивляться, замечая нечто необъяснимое и непонятное для них, но и разъяснение для них должно быть понятным, не выходящим за пределы их собственных убеждений. Если же я сообщу ему нечто, что он не ожидал услышать, к чему, естественно, не был готов, то он наверняка сочтет меня обманщиком, шутником, решившим поглумится над его проблемами. Или же вообще умалишенным, которому лучше находиться по ту сторону двери палаты, где, в отличие от обратной, напрочь отсутствуют замки и засовы. Я решил не пугать его ничем подобным и не выглядеть слишком странным в его глазах. Поэтому в итоге выбрал позицию, которая будет наиболее удобна и ожидаема для него самого. Если ты понимаешь, что человек не готов услышать от тебя правду, а лгать ему ты не хочешь или не можешь, то выбери ту позицию, которая будет являться чем-то наподобие золотой середины. Дай ему то, что он готов услышать, не больше нужного, но и не меньше того, что смогло бы отвести твой ответ слишком далеко от истины.
Я так увлекся написанием книги, что даже не заметил, как время убежало уже далеко за полночь. Я лишь помню, как после ужина сел допечатывать главу, а после ощущение времени уже полностью покинуло меня. Все мои чувства и эмоции в тот момент принадлежали творчеству, которое поглощало меня уверенно и без остатка, погружая в мир бесконечной фантазии, плотно переплетающейся с суровыми жизненными реалиями. К двум часам ночи я принял решение остановиться, все же не стоит сильно переламывать свой режим сна и бодрствования, а иначе это может не лучшим образом отразиться на самочувствии. Хотя забавно это слышать от человека, который не спал уже вторые сутки, шляясь ночью по платам психиатрической лечебницы. И тут мне вновь вспомнилась теория пациента Роба Джефферсона, о том, что человек сам аккумулирует энергию внутри себя, вырабатывая столько, сколько ему необходимо для достижения им же поставленной цели. «А ведь эта теория вполне логична и даже подтверждается некоторыми моментами из моей собственной жизни», — произнес я вслух, слегка улыбнувшись. Что-же, это и не удивительно, ведь она пришла к Робу не откуда-нибудь, а от самого господина Сказочника. Человека весьма смышленого и, я бы даже сказал, мудрого, и это несмотря на то, что он находится в психиатрической клинике. Хотя, как говорил профессор Блэк, попасть в клинику может чуть ли не каждый человек из нашего окружения, стоит только капнуть его как следует, как наткнешься на какое-нибудь психическое заболевание или нарушение.
