Разлом. Белый и красный террор полностью

«Для устрашения населения селений в зоне действия повстанцев применялись массовые расстрелы заложников. Так, 27 июня 1921 года деревня Осиновка была оцеплена красноармейскими частями, были изданы приказы, устанавливающие 2-часовой срок для выдачи «бандитов» и оружия с предупреждением о том, что за невыполнение будут расстреляны заложники. Было взято до 40 заложников. По истечении установленного срока был расстрелян 21 заложник в присутствии схода крестьян, после чего крестьяне отправились искать оружие и ловить «бандитов». Были выданы 3 винтовки и 5 «бандитов». Семьи расстрелянных заложников, а также укрывающихся «бандитов» были высланы в концлагеря. 36 заложников были расстреляны 3–4 июля в селе Богословка. Когда угроза расстрелов не действовала, как в деревне 2-я Кареевка, состоящей из 65–70 дворов, жителей деревни выселяли, их имущество конфисковали, а саму деревню сжигали».

Что касается финала мятежа. Призывы повстанцев к всероссийскому восстанию оказались тщетными — тамбовские партизаны были сильны только рядом с родным домом. Когда под напором войск Тухачевского антоновские армии оказались в Пензенской губернии, то были разбиты в первом же бою. Александр Антонов погиб летом 1922 года, попав в чекистскую засаду. Тамбовщина в результате этого безумия с той и другой стороны обезлюдела, много сел и деревень было уничтожено. «Подозрительных» жителей власти выслали в северные губернии.

С одной стороны, Тамбовское восстание в очередной раз показало, что под пятой самой страшной тирании русский народ остается нацией с колоссальной способностью к самоорганизации и чувством достоинства.

С другой — подобное восстание, в том числе и мятеж матросов в Кронштадте в марте 1921 года, вынудило большевиков к временному отступлению от политики военного коммунизма — к НЭПу. Этот тактический ход стал переломным моментом в Гражданской войне.

Высадившись в Крыму, войска государств Антанты диктовали свои правила игры. В начале 1919 года их численность немногим превышала 5 тысяч человек. Крым вместе с большой частью Украины входил в состав зон интересов Франции. Англичане претендовали на Кубань и Кавказ. Войска союзников в Крыму занимались грабежами военного и гражданского имущества. В частности, они угнали часть кораблей Черноморского флота (ЧФ), расположив их под присмотром своей эскадры в Мраморном море. По мнению советской госкомиссии, за время нескольких месяцев оккупации Крыма они вывезли с полуострова разного имущества на сумму около 5 млрд рублей.

Красные войска 29 марта 1919 года подошли к Перекопу во главе с 9-тысячной Крымской советской армией Павла Дыбенко. Руководители Антанты понимали, что на стороне белых они выкладываться не станут. Поэтому неслучайно их помощь людскими ресурсами для действий в Крыму была минимальна. В качестве пушечного мяса всего лишь батальон греческих солдат.

Подействовала, конечно, на французскую «робость» и большевистская пропаганда. Результата ее ждать долго не пришлось — французские солдаты отказались сражаться на российской земле, 20 апреля на французских боевых кораблях «Мирабо», «Жане Барт» и «Франс» были подняты красные флаги.

Итак, провал иностранной интервенции в Крыму показал, что заморские «гости» не горели особым желанием воевать за интересы белой России. Что касается материальной поддержки Добровольческой армии (ДА), она была. Англичане в начале 1919 года направили на фронт на помощь Деникину 200 тысяч комплектов обмундирования, 2 тысячи пулеметов, 500 тысяч патронов. Но такие «старания» не помогли белым — к началу 1919 года весь полуостров был в руках большевиков.

Министр внешних сношений белых М. Винавер в «Справке о деятельности Крымского правительства и причинах его падения» писал: