— Там реткон?
Доктор смешался, опустил голову. Сейчас бы его тоже стоило зарисовать: смущение было таким ярким и наглядным. Если по Каану приходилось угадывать, то с доктором Эдди все оказалось куда проще.
— Ну… да, — ответил он наконец. — Вы не должны знать о том, что здесь случилось.
— А что здесь случилось? — спросил Клайд, продолжая улыбаться. Он поставил стаканчик с кофе на край стола. — Вы сложили свой скелет, только и всего.
Доктор Эдди молча сверлил его взглядом.
— Я не умею играть в социальные игры, но вы, молодой человек, умеете, и неплохо. Хотите сказать, что оставите это все в секрете? Даже от капитана Харкнесса?
— Тем более от капитана Харкнесса.
Пульс барабаном стучал в ушах, бился в кончиках пальцев. Доктор Эдди, устало опустив плечи, отошел в угол, к письменному столу, и сел в вертящееся кресло. Терминал за его спиной автоматически включился, засветился большой экран.
— Знаете, профессор, — сказал Клайд, — во всяких детективных сериалах полицейский, который поймал злодея, должен рассказать ему все, что тот сделал, описать все его действия и поступки. Потому что зрителю нужна развязка и объяснение, а серии — нужный градус напряжения, потому что герою можно в последний момент нанести смертельный удар. В комиксах тоже так делают, правда, реже. Но я не полицейский, а вы не злодей. Я не буду ничего вам пересказывать, а вы не будете оправдываться. И никаких ударов.
Доктор сидел, сложив руки на коленях, и смотрел перед собой.
— Я не понял ни слова из того, что вы только что сказали.
— А, пофиг, — ответил, улыбаясь, Клайд. — Но ведь вы делали это не просто так. Кости доставал Каан, значит, это его рук дело. Вы работаете вместе за спиной у Джека. Это же просто супер!
— Король лаборатории, — сказал доктор Эдди.
— Чего?
— Я — король лаборатории, — повторил он и наконец улыбнулся: неуверенно и несмело, но радостно. — Когда-то давно мы с моим коллегой и другом ставили вместе эксперименты. Иногда они приводили к разрушениям. Это тоже был эксперимент. Мы проверяли привязку квазитемпорального поля к телу планетарного масштаба. Через этот скелет. Но фрагментов не хватило, чтобы провести опыт быстро.
— Удачно? Эксперимент получился?
— Вполне. Все было под контролем.
Если не считать нескольких мелочей, ага. Клайд усмехнулся.
— Кажется, жизнь возвращается в нормальное русло! — раздался в тишине голос диктора. — Минуту назад корабль, который находился над Лондоном, поднялся выше и на данный момент не фиксируется более никакими средствами обнаружения. Полиция сообщает, что ведется расследование…
Раньше Клайду всегда казалось, что он не на своем месте. В школе или колледже, который он так и не закончил, в закусочных, где он подрабатывал, или Торчвуде, где делал то же самое — подавал кофе. Везде, всегда. Когда пропал Люк, когда умерла Рани, когда их братство развалилось. Но теперь эта ярко освещенная лаборатория вдруг показалась ему самым удобным и уютным местом на Земле. Клайд понимал, что здесь не останется, но всегда мог вернуться.
— Я хочу знать, — сказал он. — Хочу участвовать. Хочу быть в ваших рядах. Делать то же, что и вы. Помогать. Быть полезным.
— Вам придется учиться и слушать, — ответил доктор.
Как будто он не делает того же все остальное время!
— Без проблем.
Может быть… может быть, они смогут помочь в поисках Люка. Клайд взял со стола уже холодный стакан, повертел в пальцах и выплеснул в ближайшую раковину.
— И много работать, — добавил доктор Эдди.
— Я готов.
— И хранить это в секрете, как вы сами понимаете.
Клайд фыркнул.
— Да уж конечно!
Если бы доктор Эдди был традиционным злодеем, он бы напустил на себя торжественный вид и заявил что-нибудь вроде: «Добро пожаловать в…» — Клайд не мог придумать, куда. В Комитет? Но доктор был забавным пожилым гиком и поэтому не стал принимать пафосные позы, а просто сказал:
— Тогда вылейте тот кофе и заварите новый. В шкафчике у мойки есть чай.
Клайд рассмеялся. Чего еще стоило ожидать? Везде одно и то же. Он взял кофейник и пошел с ним к раковине, но тут лабораторию затянуло голубоватым, ужасно знакомым светящимся туманом.
— К-9! — радостно воскликнул Клайд, когда сияние рассеялось. — Ты цел!
— Подтверждаю, хозяин!
Каан и невесть откуда взявшийся Крайчек торопливо отступили друг от друга, как будто их застукали за чем-то неприличным. Каан отряхнул халат и подошел к столу.
— Спасибо за помощь, Закария, — сказал он. — Надеюсь, с остальным ты также справишься без меня. Разлом должен открыться сам, в Торчвуде от тебя отвлекутся.
Крайчек, какой-то пыльный, мятый и заметно помолодевший, счастливо улыбался. На его плече болталась огромная сонтаранская пушка.
— Мистер Лэнгер хочет с нами работать, — сказал доктор Эдди.
— Он недостаточно умен, — бросил Каан.
Клайд рассмеялся.
— А ты проверь, — сказал он. — Я же говорил, что теперь от тебя не отстану.
Теперь Каан все-таки обернулся к нему. На его самоуверенном лице не осталось ни следа страха, или жалости, или прочих, не свойственных ему эмоций, которые Клайд наблюдал, пока они были на корабле. Обычное забавное высокомерие.
